Если взять
один
банный лист
клёна
и один
банный лист
дуба
и проложить их
мшистой тягой
к «рядышком» –
по-звериному,
навсегда, –
ты не получишь любви,
ты не получишь клея,
ты не получишь воя
зверя,
оплакивающего
два одиночества,
разрушенные
близостью
тонких прожилок душ.
Потому что
любить –
это
не склеиваться
загогулинками линий,
это –
не связываться
кожурой
с кожурой, защищающей
мякоть,
это –
не щебетать
от щекотки ветра
под диктовку
грибных дождей…
Потому что любить –
это
прижимать к нёбу
ягодку-смородинку,
лешими прелостями сочащуюся,
лесными папоротниками колющую,
под кожицей
диких ау-щиков шёпоты
настоявшую:
раскусываешь –
и они вытекают…
«Любить, –
говорит один, –
это –
спотыкаться,
обутому в обувь
волчонка,
с лапой
меньшего размера
и большей когтистости:
ходить,
спотыкаться…
Бежать –
сил не хватает:
веточки
в капканы превращаются.
Ложишься наземь –
и иней
облизывает
твой воротник,
окровавленный
страхом
древесной
нежности»…
«Любить, –
говорит второй, –
это –
заряжать себя слабостью
и вкладывать
эту слабость
в каждую винтовку,
в каждую невзрачную винтовку,
в которой
маленькая смерть
принюхивается
к маленькой жертве…
В каждую винтовку
себя вкладывать,
чтобы
когда небо
захочет
расстрелять
утренний сизый воздух,
из дула
вылетела только
твоя душа
и прикоснулась
к жертве,
жестокой жертве,
не верящей
в твою
слабость…»
«Любить, –
говорит третий, –
это –
баловать
голову –
возгласами птиц,
обнаруженных
у зацвёвших гнёзд,
баловать
руки,
обнаружившие
дупла, наполненные
желудями с сердцами
мавочек,
баловать
ноги,
запутавшиеся
о сплетённые лодыжки
зверобоя,
обнимающего
детские спинки полыни.
А потом
баловать
любовь свою,
заслоняя её
пушистым
растрёпанным
затылком,
запрокидывая
глаза
к чёрным глазницам
неба –
в миг,
когда от ветра
летят во все стороны
головы –
трав,
муравьёв,
зайцев,
винтовок,
псов…»
Когда они вытекают –
голоса духов леса
и духов мяса
и кожуры земли,
когда ты раскусываешь
тёмную смородину,
тёмный кусочек вечности,
говорящий на ста языках
о языке любви
и теле любви,
и даже её тени –
тень эта
становится
отчётливой,
одетой
в пряные листья,
ежовый мех,
пушистые заячьи иглы,
горелое небо,
опрокинутую на лопатки
землю,
в запахи
холостого выстрела,
в голоса
сладких
тенистых
шишек…
И всё это
оттого,
что ты
прижимаешь к нёбу
горький снежок смородины,
прижимаешь к нёбу
волчий ворох ягод,
протыкаешь нёбо
острыми травинками
и веточками,
боль от которых –
сладкая чёрная кровь,
неизлечимая сладкая тяга…
И язык твой,
и руки твои
и тени твои
прорастают кустарником,
пускают корни
в растянутое безвременье,
в безвременье века
осыпающихся голов ветра
и заживляющих память листьев,
которых не разлепить,
даже когда
прожилки
опускают лапки,
устав держаться
друг о дружку –
по-звериному преданно
и по-лесному влажно…
В этой роще березовой,
Вдалеке от страданий и бед,
Где колеблется розовый
Немигающий утренний свет,
Где прозрачной лавиною
Льются листья с высоких ветвей,—
Спой мне, иволга, песню пустынную,
Песню жизни моей.
Пролетев над поляною
И людей увидав с высоты,
Избрала деревянную
Неприметную дудочку ты,
Чтобы в свежести утренней,
Посетив человечье жилье,
Целомудренно бедной заутреней
Встретить утро мое.
Но ведь в жизни солдаты мы,
И уже на пределах ума
Содрогаются атомы,
Белым вихрем взметая дома.
Как безумные мельницы,
Машут войны крылами вокруг.
Где ж ты, иволга, леса отшельница?
Что ты смолкла, мой друг?
Окруженная взрывами,
Над рекой, где чернеет камыш,
Ты летишь над обрывами,
Над руинами смерти летишь.
Молчаливая странница,
Ты меня провожаешь на бой,
И смертельное облако тянется
Над твоей головой.
За великими реками
Встанет солнце, и в утренней мгле
С опаленными веками
Припаду я, убитый, к земле.
Крикнув бешеным вороном,
Весь дрожа, замолчит пулемет.
И тогда в моем сердце разорванном
Голос твой запоет.
И над рощей березовой,
Над березовой рощей моей,
Где лавиною розовой
Льются листья с высоких ветвей,
Где под каплей божественной
Холодеет кусочек цветка,—
Встанет утро победы торжественной
На века.
1946
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
