... а Вы - ноктюрн - на флейтах худосочных
и дожденосных нервов...?
Удалось!
Так храм страданий на ладони зодчий
щекотно строит, и в змеистых кольцах
печально фрески с ликом архи-беса
с жестоким взглядом ( с Вашим, сударь, ликом)
цветут и пахнут - грустью....
... и железом
и яблоком кровавым спас пиликать
пытается...
(Что дали спасу, сударь?)
Железом - по страдальческому храму
ладони - по прохладному сосуду,
в котором, как рыбеха, не-касанье
горячих Ваших бьется, задыхаясь...
Железом - по ладони...
Над слезами
смычок секунд ведет беззвучный хаос -
смятенье слов, звучавших Вам, как трубы -
трупишкам водным в мартовские грозы...
Слова молчат...
Лишь жестяные губы
разбитых чашек слышат лакримозу,
с шипами роз, растоптанных, как тихость
шагов не-Ваших в лестничных желудках...
Как Вы сумели - солнечную тыкву
задеть рукой, прощаясь?! -
только люди
так могут солнце и луну, и двери
задеть плечом, плеча оставив теплый
и терпкий привкус в пальцах всуе-верных...
Как яблочно-кровав заката отклик
на день печали!
Как смычок букашек
по лампочке пиликает романсы!..
Как храм страданий помнит речи Ваши,
пролитые, как Аннушкино масло!..
С жестоким взглядом фрески - в пальцах крови...
Щекотка-простынь не-касаний -в лоб...
О,
как я могу в желейно-бестолковой
реке печали дождь нащечный хлопать
по каплям не-приходов Ваших!..
...пахнет
зимой железной, пряником и липой...
На флейте труб сидит внучок Арахны...
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
