Что такое поэзия? Этого я не знаю. Но если бы я и знал… то не сумел бы выразить своего знания или, наконец, даже подобрав и сложив подходящие слова, все равно никем бы не был понят
... глаза закрывает, как самоубийца слепой,
зародыш любви и таращится слепо на голос,
распластанный шкурой медвежьей у ног голубой
мечты, переполненной нежностью, будто бы поезд -
людьми переполнен, -
мечты о "казаться вдвоем -
четверкою глаз, запряженных в слепуцюю тыкву"...
Вот голос становится выпуклым - сливовый гром...
Вот голос становится липким - как сок облепихи...
Вот голос обтянут, как талия - платьем...
Вот - наг...
Вот голос - сиренно-сиренев и пахнет медузой...
Вот голос - шар света, в котором, как раненый мак,
лежит балерина на ворохе стоптанных музык...
На цыпочках,
петлю на шее, как крест, теребя,
глаза закрывая все шире, и шире, и шире,
идет в невесомость зародыш бомжа и раба,
уходит в безумие цвета дождя и инжира -
нежнейшего, розово-спелого, с синей губой,
душевного цвета безумие - высшего сана!
... но лекарь небесный смирительный плат голубой
к лицу дурака прижимает - другими глазами! -
раскрытыми, словно бутоны всезнаек-ветров...
И - проще дышать...
И - виднее, что нежность - небрита...
И тащат в мешочке волшебные псы докторов
в сохранности голову всадника-с-кухни-майн-рида...
И - вянет зародыш...
И голос, как лошадь, - в аид...
И зря протекает инжир, словно девка, на пальцы...
И зло-прокаженно на свадьбе собачьей звенит
закрытая нежность в стеклянном зрачочке шампанском...
Что-нибудь о тюрьме и разлуке,
Со слезою и пеной у рта.
Кострома ли, Великие Луки -
Но в застолье в чести Воркута.
Это песни о том, как по справке
Сын седым воротился домой.
Пил у Нинки и плакал у Клавки -
Ах ты, Господи Боже ты мой!
Наша станция, как на ладони.
Шепелявит свое водосток.
О разлуке поют на перроне.
Хулиганов везут на восток.
День-деньской колесят по отчизне
Люди, хлеб, стратегический груз.
Что-нибудь о загубленной жизни -
У меня невзыскательный вкус.
Выйди осенью в чистое поле,
Ветром родины лоб остуди.
Жаркой розой глоток алкоголя
Разворачивается в груди.
Кружит ночь из семейства вороньих.
Расстояния свищут в кулак.
Для отечества нет посторонних,
Нет, и все тут - и дышится так,
Будто пасмурным утром проснулся -
Загремели, баланду внесли, -
От дурацких надежд отмахнулся,
И в исподнем ведут, а вдали -
Пруд, покрытый гусиною кожей,
Семафор через силу горит,
Сеет дождь, и небритый прохожий
Сам с собой на ходу говорит.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
