небо моё божья коровка пот мой
небо моё божья коровка камень
голубой пастух выносит нам хлеб и воду
золотой пастух окружает нас плавниками
розоватых рыб закатов и буревеев
соловьями звёзд по горло в крови закатов
на руке садовника – зреем дрожим стареем
будто ночи тлеем холодом вечным в кратер
угасанья дома
где мы не дома
пот мой
камень мой
душка
тушка летейской выси!
я тебя несу как носят в беде животных
чья беда на морде ржавой слезой повисла
словно выстрел
в боли –
ложечка ли бубенчик
больмладенчик
млечность смерти в охапке мира
как нас лечат небо
как нас с тобой залечат!
как леденчик –
мясом
из живота инжира
как фиговой плесенью
вытоптанным укропом
–
причащайтесь!
пейте!
грейтесь!
проспитесь!
вот вам!
у овчарки живи – горький бульйонный опыт
у овчарки нави – зубы из хоровода
то крапив то духов гор
то ущелий райских
то канатов рваных
то сандалетов рваных
а садовник строит глазки в замках швейцарских
а садовник шиповник ладит нам в раны-враны
а садовник – что нам? –
горстке опавшей хмури
падолисту неб
коровкам
камням безликим?
он ведёт деревья как дочерей сквозь бури
из-земли плетёт нам
ямы
холмы
вериги
и беду и радость
и непричастность к землям
и хлеба и воду
и сопричастье к небу
и коров священных
и золотое семя
и проход сквозь вечность
в «если бы хоть во сне бы»
мы висим на древе – он нас снимает с древа
мы летим на ёлки – годо-за-годо-годно…
мы – его цикута чертополох и ревень
мы ему – обидно больно смешно щекотно
мы ему – червиво красно и зелен-чёрно
мы ему – пчелисто свечно темно незряче
мы – в его священных вымученных печёнках
мы сорвёмся с нити
канем как в чёрный ящик
в простоту простот
…о небо о пот коровка
божья душка камень хлеб золотая песня!
и пастух
и стражи
и тёплый воздух робкий
и легко
и сложно
приторно-интересно
моё небо в ласточках
камень мой в битых комьях
света- тьмы – царапистых искренних и пушистых
о садовник
ты с собой меня познакомишь
но попозже позже
сколько там этой жизни!
сколько жизни до «лететь бы на небко в сад твой»
сколько б жизни хочется света и тьмы в сохрестье…
я несу себя в ладошке как ветер слабой
ты несёшь мне тень
и вместе
и вместе
вместе
тень и пот и камень божья коровка сумрак
сор и цвет
и воздух мягко кусает стебель
и светло быть больно
розово и безумно
жить на этом свете
В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.
И орел не взмахивал крылами,
Звезды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине.
А для низкой жизни были числа,
Как домашний, подъяремный скот,
Потому, что все оттенки смысла
Умное число передает.
Патриарх седой, себе под руку
Покоривший и добро и зло,
Не решаясь обратиться к звуку,
Тростью на песке чертил число.
Но забыли мы, что осиянно
Только слово средь земных тревог,
И в Евангельи от Иоанна
Сказано, что слово это Бог.
Мы ему поставили пределом
Скудные пределы естества,
И, как пчелы в улье опустелом,
Дурно пахнут мертвые слова.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
