Воля ваша, мне не страшен и такой испод исхода:
выпиваю простоквашу за прокисшую погоду,
достаю пододеяльник, укрываю подоконник,
тут и лягу, как изгнанник, солнца идолопоклонник.
На меня слетятся птицы, соберутся рядом кошки,
Карлсон тоже приземлится на распахнутом окошке,
перепутав с Исааком, с неба спустится архангел,
и четыре ануннака принесут с Нибиру факел.
От такого Вавилона я проснусь и очумею,
было лучше, безусловно, вырезать во тьме камеи,
заберусь опять в шкатулку, где хранятся шишки с юга,
там всегда тепло и гулко, даже если дождь и вьюга,
и сплошная простокваша вместо звезд на небосводе,
у меня здесь ноша ваша и надежда на свободу,
только вышелушить надо семена из тесных шишек,
я теперь, как Торквемада, извлекаю их излишек.
Еще скрежещет старый мир,
И мать еще о сыне плачет,
И обносившийся жуир
Еще последний смокинг прячет,
А уж над сетью невских вод,
Где тишь – ни шелеста, ни стука –
Всесветным заревом встает
Всепомрачающая скука.
Кривит зевотою уста
Трибуна, мечущего громы,
В извивах зыбкого хвоста
Струится сплетнею знакомой,
Пестрит мазками за окном,
Где мир, и Врангель, и Антанта,
И стынет масляным пятном
На бледном лике спекулянта.
Сегодня то же, что вчера,
И Невский тот же, что Ямская,
И на коне, взамен Петра,
Сидит чудовище, зевая.
А если поступью ночной
Идет прохожий торопливо,
В ограде Спаса на Сенной
Увидит он осьмое диво:
Там, к самой паперти оттерт
Волной космического духа,
Простонародный русский черт
Скулит, почесывая ухо.
1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
