В Большом Кашманном переулке суета.
Собралась каша на прогулку, но плита
Вдруг газом фыркнула сердито: "Нет, не пущу!"
А рядом чайник пел басовито: "Вернись... прощу..."
Но поздно, поздно, сползают массы с кастрюльных стен,
Кто смирной кашей на дне томиться не захотел.
И митингуют, и пузырятся, и расползлись:
"Свободу каше! Осточертела такая жизнь..."
Кухарка в думе щекочет репу: "Вот, вашу мать!
Пораньше крышку нам надо было приоткрывать..."
Справа крякает рессора, слева скрипит дверца,
как-то не так мотор стучит (недавно починял).
Тяжелеет голова, болит у меня сердце,
кто эту песню сочинил, не знал, чего сочинял.
Эх, не надо было мне вчера открывать бутылку,
не тянуло бы сейчас под левою рукой.
А то вот я задумался, пропустил развилку,
все поехали по верхней, а я по другой.
А другая вымощена грубыми камнями,
не заметил, как очутился в сумрачном лесу.
Все деревья об меня спотыкаются корнями,
удивляются деревья – чего это я несу.
Удивляются дубы – что за околесица,
сколько можно то же самое, то же самое долбить.
А березы говорят: пройдет, перебесится,
просто сразу не привыкнешь мертвым быть.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
