Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник....
А.А.Ахматова
Потеплений глобальных резон
повторясь, освящается верой.
Начинается зимний сезон
сумасшедшей дождливой премьерой.
И плывёт, словно лебедь в пруду
добрый зритель в девятом ряду.
По бульварам, аллеям - взахлёб
гонит мусор шальная стихия.
Репетирует новый потоп
постановщик эффектов - Элия.
И разинули в ужасе рты
ненадёжные наши зонты.
Постоянства, стабильности нет
в нашем, щедром на пакости, мире
Меломан, сладкозвучный сосед
уж не воет с похмелья в сортире.
И мою не тревожит кровать
децибелл сатанинская рать.
Но..опять!- в содроганьях постель
и в ушах заворочалась вата.
Это в стену вгрызается дрель.
Это страстно рычит перфоратор.
Кто живёт у меня за стеной?
Может - Сим? Может - Хам? Может - Ной?
Се- жевотное...Се - человек.
Это надо же так облажаться...
Комфортабельный евроковчег!
(Три недельки ещё б продержаться...)
Двадцать первое. Пятница. День.
Сочинил же...какую-то хрень...
“О-да-се-вич?” — переспросил привратник
и, сверившись с компьютером, повёл,
чуть шевеля губами при подсчёте
рядов и мест.
Мы принесли — фиалки не фиалки —
незнамо что в пластмассовом горшке
и тихо водрузили это дело
на типовую серую плиту.
Был зимний вполнакала день.
На взгляд туриста, неправдоподобно-
обыденный: кладбище как кладбище
и улица как улица, в придачу —
бензоколонка.
Вот и хорошо.
Покойся здесь, пусть стороной пройдут
обещанный наукою потоп,
ислама вал и происки отчизны —
охотницы до пышных эксгумаций.
Жил беженец и умер. И теперь
сидит в теньке и мокрыми глазами
следит за выкрутасами кота,
который в силу новых обстоятельств
опасности уже не представляет
для воробьёв и ласточек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
