Для печали нет повода, други, нем
Тот, кто знает, но знает немного совсем.
Для тоски не хватает верёвки, доски
Не положено — зыбко струятся пески
Да и белая лошадь в тумане лежит
Крутобоким холмом. Миражи, миражи.
Подреберья заборов, распутьем — поддых,
Был приказ никого из живущих — в живых.
Расстрелять — барабанит по коже капель,
Половодьем кусает плешивую мель.
Женераль, мой сюртук был повешен, жги
Не глаголом, так болью — дрожат враги.
От винта — и осколки сердец летят,
Превращаются в гадких слепых утят.
Лишь вдали миражом — Кострома, острова,
Где дрова во дворе и у дома трава.
На фоне Афонского монастыря
потягивать кофе на жаркой веранде,
и не вопреки, и не благодаря,
и не по капризу и не по команде,
а так, заговаривая, говоря.
Куда повело... Не следить за собой.
Куда повело... Не подыскивать повод.
И тычется тучное (шмель или овод?),
украшено национальной резьбой,
создание и вылетает на холод.
Естественной лени живое тепло.
Истрёпанный номер журнала на пляже
Ты знаешь, что это такое. Число
ушедших на холод растёт, на чело
кладя отпечаток любви и пропажи,
и только они, и ещё кофейку.
И море, смотри, ни единой медузы.
За длинные ноги и чистые узы!
Нам каяться не в чем, отдай дураку
журнал, на кавказском базаре арбузы,
и те, по сравнению с ним на разрез —
белее крыла голодающей чайки.
Бессмысленна речь моя в противовес
глубоким речам записного всезнайки,
с Олимпа спорхнул он, я с дерева слез.
Я видел, укрывшись ветвями, тебя,
я слышал их шёпот и пение в кроне.
И долго молчал, погружённый в себя,
нам хватит борозд на господней ладони,
язык отпуская да сердце скрепя.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
