Первый ангел всегда улыбчив и сквозь стекло
Он приветливо машет рукой, пролетая мимо.
И шестнадцатый номер слышит: ну здравствуй, Ло,
Что в кармане, опять обломки от Хиросимы?
Ло качает большой головой, и жуёт бамбук,
Он боится великих ангелов всех почти что.
Только первый надёжный и настоящий друг,
Угощает конфетами часто, и дарит книжки.
На пижаме у Ло нарисован сакральный знак,
Под кроватью коробка, в коробке живые души.
Ло – шестнадцатый ангел, пугливый, смешной дурак,
Любит снег, Челентано и много ночами кушать.
По команде подъём, сгустки каши, затем драже.
И собачки зелёные прыгают в коридорах.
Над обломками Хиросимы летает шерсть,
И живые души в коробке глотают порох.
А затем тошнотворный и едкий дождливый день,
Пресный ужин: на дне тарелки комочек фарша.
Ло не любит мясо, он должен спасать детей,
И бежать, что есть сил и как можно, как можно дальше...
Гасят свет, первый ангел трубит отбой,
Очищает от солнечной кожицы мандарин.
- Всех простил, шестнадцатый, правда? ну, Бог с тобой,
- Накорми живые души, мой Господин.
Я так хочу изобразить весну.
Окно открою
и воды плесну
на мутное стекло, на подоконник.
А впрочем, нет,
подробности — потом.
Я покажу сначала некий дом
и множество закрытых еще окон.
Потом из них я выберу одно
и покажу одно это окно,
но крупно,
так что вата между рам,
показанная тоже крупным планом,
подобна будет снегу
и горам,
что смутно проступают за туманом.
Но тут я на стекло плесну воды,
и женщина взойдет на подоконник,
и станет мокрой тряпкой мыть стекло,
и станет проступать за ним сама
и вся в нем,
как на снимке,
проявляться.
И станут в мокрой раме появляться
ее косынка
и ее лицо,
крутая грудь,
округлое бедро,
колени.
икры,
наконец, ведро
у голых ее ног засеребрится.
Но тут уж время рамам отвориться,
и стекла на мгновенье отразят
деревья, облака и дом напротив,
где тоже моет женщина окно.
И
тут мы вдруг увидим не одно,
а сотни раскрывающихся окон
и женских лиц,
и оголенных рук,
вершащих на стекле прощальный круг.
И мы увидим город чистых стекол.
Светлейший,
он высоких ждет гостей.
Он ждет прибытья гостьи высочайшей.
Он напряженно жаждет новостей,
благих вестей
и пиршественной влаги.
И мы увидим —
ветви еще наги,
но веточки,
в кувшин водружены,
стоят в окне,
как маленькие флаги
той дружеской высокой стороны.
И все это —
как замерший перрон,
где караул построился для встречи,
и трубы уже вскинуты на плечи,
и вот сейчас,
вот-вот уже,
вот-вот…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
