Ночь отошла. Фонарь ещё горит.
Слюнявят сны уставшие мещане.
А он всё пишет и почти не спит,
Он занимается нездешними вещами.
И разрезая мыслью пустоту,
Выводит нить волшебного романа,
Вот только жизнь - вкус сулемы во рту,
И даст ли сил добраться до финала?
Вокруг непонимания стена.
"Ваш труд не стоит и сухой горбушки."
Вползает день, и отступает тишина.
Стук в дверь. Карета. Санитары из психушки...
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
