я вернулась в себя –
ничего не узнать, всё другое...
где восторженность чувств
и отточенность праведных фраз?
раздвоилась душа –
половина сбежала... не скрою,
что осталась со мной,
к сожаленью, не лучшая часть.
полудушье моё!...
просыпайся, догоним беглянку,
далеко не уйдёт –
мы отыщем её по следам,
по наивности фраз,
по упавшим на землю банальным,
про любовь и морковь –
восхитительно глупым словам.
я вернулась в себя,
собираю в углах паутину,
генералов зову –
пусть немедля уборку начнут,
выбьют дурь из ковров,
из мозгов – раздвоенья причину,
мысль наточат как бритву,
глагольные рифмы – сотрут.
Декабрь морозит в небе розовом,
нетопленый чернеет дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
И ждём чего? Самим известно ли?
Какой спасительной руки?
Уж вспухнувшие пальцы треснули,
и развалились башмаки.
Уже не говорят о Врангеле,
тупые протекают дни.
На златокованом архангеле
лишь млеют сладостно огни.
Пошли нам долгое терпение,
и лёгкий дух, и крепкий сон,
и милых книг святое чтение,
и неизменный небосклон.
Но если ангел скорбно склонится,
заплакав: «Это навсегда»,
пусть упадёт, как беззаконница,
меня водившая звезда.
Нет, только в ссылке, только в ссылке мы,
о, бедная моя любовь.
Лучами нежными, не пылкими,
родная согревает кровь,
окрашивает губы розовым,
не холоден минутный дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
