Я вчера вышивала
На одеяле маки, красные маки,
Как озорные дети. Нашитая радость. Ярость.
Меня раздражает вышивка на постели,
Поэтому я старалась.
Мне снится небо,
Я боюсь летать, и мне снится море.
Такое необратимое, как глазница.
А под ним морщины тонких песчаных пляжей.
И твоей щеки пророщенная пшеница.
Мне себе сказалось:
«Ты, очевидно, дура».
Хорошо сказалось, я ничего не ответила.
Знаешь,
Даже каша в детстве
Здравому смыслу противоречила.
Я видела, точно видела, что она чёрная.
А мама говорит – гречневая.
Приобретут всеевропейский лоск
слова трансазиатского поэта,
я позабуду сказочный Свердловск
и школьный двор в районе Вторчермета.
Но где бы мне ни выпало остыть,
в Париже знойном, Лондоне промозглом,
мой жалкий прах советую зарыть
на безымянном кладбище свердловском.
Не в плане не лишенной красоты,
но вычурной и артистичной позы,
а потому что там мои кенты,
их профили на мраморе и розы.
На купоросных голубых снегах,
закончившие ШРМ на тройки,
они запнулись с медью в черепах
как первые солдаты перестройки.
Пусть Вторчермет гудит своей трубой,
Пластполимер пускай свистит протяжно.
А женщина, что не была со мной,
альбом откроет и закурит важно.
Она откроет голубой альбом,
где лица наши будущим согреты,
где живы мы, в альбоме голубом,
земная шваль: бандиты и поэты.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
