То ж, что мы живем безумной, вполне безумной, сумасшедшей жизнью, это не слова, не сравнение, не преувеличение, а самое простое утверждение того, что есть
- Не изменяй!-
Ты говоришь, любя.
- О, не волнуйся.
Я не изменяю.
Но, дорогая...
Как же я узнаю,
Что в мире нет
Прекраснее тебя?
(Василий Федоров)
вот и наша станция –
сойдём.
на перроне – летний жаркий полдень.
старый пёс, украшенный репьём
запах наш старается припомнить.
это вряд ли – бабочек лови,
впрочем,
расскажу тебе сама я,
что смываю с кожи пот любви,
перед тем, как мужа обнимаю.
прячу похотливый сучий взгляд
слизываю боль, порезав палец
веришь, пёс –
никто не виноват,
что с другим мы сущностью совпали
и поплыли
медленной рекой,
водопадом падали на скалы,
шорохом вздыхали камышовым,
в пристань бились
штормом бестолковым.
изменяя – мы меняем всё,
предназначенность,
с холста срезая -
жизнь,
судьбу на пяльцы натянув –
новые узоры вышивает.
день за днём,
глотая соль вины,
стыд любви таскаем за собою.
встречи – миг,
а проводы длинны
и финал понятен нам обоим.
вот такая человечья жизнь.
не меняй свою собачью волю –
в ангелы,
на небе, запишись
и летай – без страсти и без боли.
пёс, шершавым мокрым языком
колбасу слизнул с моей ладони,
не дослушав исповедь – ушёл –
ждать других приезжих на перроне.
мимо пролетали поезда,
им вдогонку жаворонок свистнул,
детскою скакалкой провода –
отозвались... и опять повисли.
С полной жизнью налью стакан,
приберу со стола к рукам,
как живой, подойду к окну
и такую вот речь толкну:
Десять лет проливных ночей,
понадкусанных калачей,
недоеденных бланманже:
извиняюсь, но я уже.
Я запомнил призывный жест,
но не помню, какой проезд,
переулок, тупик, проспект,
шторы тонкие на просвет,
утро раннее, птичий грай.
Ну, не рай. Но почти что рай.
Вот я выразил, что хотел.
Десять лет своих просвистел.
Набралось на один куплет.
А подумаешь — десять лет.
Замыкая порочный круг,
я часами смотрю на крюк
и ему говорю, крюку:
"Ты чего? я еще в соку”.
Небоскребам, мостам поклон.
Вы сначала, а я потом.
Я обломок страны, совок.
Я в послании. Как плевок.
Я был послан через плечо
граду, миру, кому еще?
Понимает моя твоя.
Но поймет ли твоя моя?
Как в лицо с тополей мело,
как спалось мне малым-мало.
Как назад десять лет тому —
граду, миру, еще кому? —
про себя сочинил стишок —
и чужую тахту прожег.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
