Седьмое сентября. Счастливое число.
Погодка- так себе, без солнца.
Все как прежде.
Я не в себе с утра. Лишь к вечеру дошло:
Сегодня день несбывшейся Надежды.
Нет-нет, она ещё не умерла.
Но, всунув ноги в туфли у порога
И Веру взяв в попутчицы, ушла.
Порой таких обид бывает много.
- А я? А как же я?- и стон Любви,
Забытой и покинутой у двери,
Казался писком комариным изнутри
Души, ограбленной и жалкой от потери.
- А ты- не уходи. Ты ей ещё нужна.
Жизнь без Любви бедней полушки медной.
- Когда умрешь- приду закрыть глаза.
И помни: я всегда умру последней...
Такой вот разговор у врат моей души.
Бывает. В чувствах трудно разобраться.
Я буду ждать. Мне некуда спешить.
Быть может, сестры воссоединятся?
Когда погребают эпоху,
Надгробный псалом не звучит,
Крапиве, чертополоху
Украсить ее предстоит.
И только могильщики лихо
Работают. Дело не ждет!
И тихо, так, господи, тихо,
Что слышно, как время идет.
А после она выплывает,
Как труп на весенней реке, —
Но матери сын не узнает,
И внук отвернется в тоске.
И клонятся головы ниже,
Как маятник, ходит луна.
Так вот — над погибшим Парижем
Такая теперь тишина.
5 августа 1940,
Шереметевский Дом
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
