скрип-скрып, скрупит снежок, жизнью мается
падет сверху вдрызг лицом вниз, слякоть белая
разбивает город на квадраты, бестолковая мозаика
наступаю на него башмаком рваным, не хотела я
он ползёт чуть живой под колёса машин
а они в кашу его в кашу
этот день не раскроен бесконечно длин
страшен
снег водой, снег грязью проливной, пальто вымокло
и идёт домой
само
отдельно
вот придёт на порог, позвонит, постучит, спросит: кто там?
открывает дверь картонную меч дамоклов
стой
не ходи туда, пальто, не ходи, видишь – меч цепной
троится в разбитом трюмо
три меча –
плюётся Нева пеной
стоять бояться по местам
боязно одной
одним?
убежим?
я здесь ещё, твой снег ты снег
и пальто дырявое раскисшее
раскололось трюмо и дамоклов меч оберег
окончательно спившись
ноябрь
остаётся с ним.
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
