Ты знаешь, я, наверно, не права.
Признание вины - почти провал,
и ты, меня привычно срифмовав
с каким-то-там-по-счёту птичьим гриппом,
сипишь надсадно в трубку: "Не приду…"
И мне сидеть, дудеть в свою дуду.
А за окном раскинувшийся дуб,
развесив уши, подпевает хрипло
моей в дуду засунутой тоске.
Смотреть, как блики фар на потолке
играют в салки, и придумать с кем
приблудное, ободранное утро
пригреть бы завтра.
Я молчу, молчу.
Оберегаю разноцветный чум
моих расшитых бусинками чуд
и мечт, и у меня под боком тундра,
и я по ней гуляю под дождём.
Мы с тундрой в гости никого не ждём,
и у ноги бежит - искрист, студён -
ручной ручей на поводке коротком.
А где-то воют волки и ежи,
и ночь в тулупе тоненьком дрожит,
рассвет сидит у леса, еле жив,
и непонятно, что за поворотом.
Ты знаешь, я, конечно, не права,
ты вообще меня не ждал, не звал,
и бесполезно объявлять привал,
когда туристы все сидят на пальмах
и проклинают песни и костры...
Туннель подземный во вчера прорыт,
но не хватает рыбок и корыт,
чтоб превратить избушку в дом хрустальный.
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
"Доброе дело! Хорошее дело!"
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Двенадцатый час -
Осторожное время.
Три пограничника,
Ветер и темень.
Три пограничника,
Шестеро глаз -
Шестеро глаз
Да моторный баркас...
Три пограничника!
Вор на дозоре!
Бросьте баркас
В басурманское море,
Чтобы вода
Под кормой загудела:
"Доброе дело!
Хорошее дело!"
Чтобы по трубам,
В ребра и винт,
Виттовой пляской
Двинул бензин.
Вот так бы и мне
В налетающей тьме
Усы раздувать,
Развалясь на корме,
Да видеть звезду
Над бугшпритом склоненным,
Да голос ломать
Черноморским жаргоном,
Да слушать сквозь ветер,
Холодный и горький,
Мотора дозорного
Скороговорки!
Иль правильней, может,
Сжимая наган,
За вором следить,
Уходящим в туман...
Да ветер почуять,
Скользящий по жилам,
Вослед парусам,
Что летят по светилам...
И вдруг неожиданно
Встретить во тьме
Усатого грека
На черной корме...
Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,-
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:
"Ай, Черное море,
Хорошее море..!"
1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.