Мне бы выпить снотворного,
Чтобы не просыпаться
Часов двадцать, сорок, восемьдесят подряд,
Чтоб забыть про тебя,
Водопад тошнотворного,
Чтобы, как идиот, улыбаться,
В простыню пряча бешенства взгляд.
Чтоб не слышать того, о чем звезды шепчутся,
Ведь воркуют многоконечные,
Словно стаи чернокрылых ворон,
Плачут вспышками, по небу мечутся,
Проклиная заветы вечные,
Лучезарные, бесчеловечные,
Вожделеют взойти на космический трон.
А повсюду развратные, а повсюду отвратные,
И калекой мечтой
Беременные людишки,
Надевают мантии, костюмы парадные,
И закат голубой
Засовывают себе в штанишки.
Что хотите вы, рыжебородые?
Вы как черви в дерьме, но слова о высоком,
Ведь человек – это звучит гордо.
Чем вы лучше, чем парнокопытные породы,
Они уроды физические, а не моральные с заскоком,
И у них хотя бы не лица, а морды.
Растопчу, словно пыль,
Словно рой насекомых, шастающих по комнате,
Растопчу этот бред сегодняшней ночи,
Как же пахнет степная ковыль,
Вы, конечно, уже не помните,
Да и вспомнить подобное вряд ли кто-то захочет.
Я один в океане своей гениальности,
Я давно утонул в нем,
Разбил свою душу,
Проверяя степень чувства хрустальности,
Об оконный проем
Твоих «вызов пропущен».
Я читал Достоевского, Маркеса, Кафку,
Я себя видел в них
На семнадцать процентов а может и больше.
У нас схожие мысли.
Я, вот например, никогда не поеду в Африку, а жалко,
Не смогу зазубрить, что такое триптих,
И наверно, не стану на пуд килограммов тоньше.
Мне бы выпить снотворного,
Чтобы не просыпаться
Часов двадцать, сорок, восемьдесят подряд,
Чтоб забыть про тебя,
Водопад тошнотворного,
Чтобы, как идиот, улыбаться,
В простыню пряча бешенства взгляд.
27. 03. 2007 г.
За городом вырос пустынный квартал
На почве болотной и зыбкой.
Там жили поэты,- и каждый встречал
Другого надменной улыбкой.
Напрасно и день светозарный вставал
Над этим печальным болотом;
Его обитатель свой день посвящал
Вину и усердным работам.
Когда напивались, то в дружбе клялись,
Болтали цинично и прямо.
Под утро их рвало. Потом, запершись,
Работали тупо и рьяно.
Потом вылезали из будок, как псы,
Смотрели, как море горело.
И золотом каждой прохожей косы
Пленялись со знанием дела.
Разнежась, мечтали о веке златом,
Ругали издателей дружно.
И плакали горько над малым цветком,
Над маленькой тучкой жемчужной...
Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?
Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!..
Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта - всемирный запой,
И мало ему конституций!
Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!
24 июля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
