на картах мигали бинтики
от «миновых» антистатиков
летели как тля солдатики
в малиновый саморай
а мы загорались вздохами
нещадно топтали задники
на трассе плодово-ягодной
ось газа – бахчисарай
там было – поднезабудково
тут было – забудь-рокфеллерно
рок падал на наши головы
раммштайном нумеровал
и мамы хватались за сердце
мы делали что не велено
нас пенными телостримами
тащило от наковальнь
и небо виляло змеями
и небо мело мадольником
по аки-наивным пальчикам
с ракеткою кэптэн блэк
убитые фри-бультофелем
бежавшие из питомников
взвалившие на бретелечки
крым эверест казбек
мы небо качали губками
титановыми «духастами»
тамянистыми выдохами
с соцветиями воды
и были святы и праведны
и были предельно счастливы
и были взаймы отмазаны
у мира алаверды
*
… и вот так – ни гек, ни льберри, ни дохлых крысок,
ни разбойницки соловеющих хуков в шляп…
превратили в уксус геронтофилов рислинг,
пожелтела кожа от йода, а не от жаб
запеклись по краям линейки «чмок-чмок» и «пустишь?»
изергиль скукожилась в радужке блеклых глаз…
так вот глянешь назад – ой мамочки, что там – пустошь?
так вот глянешь вперёд – там полчище камикадз:
хромосомный эррор, нескроены самопальты,
сумасшедший (без режиссёра) молоковоз…
и проносится: сочильник, судак и ялта,
слишком августовский тризубистый дед мороз…
и поэтому – сегодня же отжирафить,
стать беспечней, отфрендить страусов, вздыбить шерсть
и гаишник-тучка застынет, не смея штрафик
сунуть в клюв вороне, падающей на шест
Осень, осень, все любят осень.
Краски красивые: жёлтые, красные,
подумал еще о зелёных — просто участок лета.
Подошёл, это ёлки. И рядом другие стоят,
с жёлтой хвоей, а на зелёных совсем свежая.
И грибы попались, поганки, но все равно, сырое.
Вообще у нас этот парк большой, хорошо.
Лодку дают напрокат. Пустая станция.
Осень, осень, все её любят.
Скоро сильный ветер подует и всё снесёт.
Чтобы мы осень увидели, нужно при свете.
В отличие от весны. Весну ночью по воздуху,
или зиму по снегу, как он скрипит и искры,
а осень только при свете.
Жёлтое, жёлтое, и вдруг красное в середине.
А жёлтые попадаются листья такого чистого тона,
просто секрет желтизны. Вот запах у осени:
когда их вечером жгут.
Цвет ещё можно воспроизвести, но даль,
на каком расстоянии один от другого —
Поэты, стараются про неё. Схемы сухие.
Листья тоже сухие, но — (шепотом скажем: тоже сухие;
так что-то есть). Конечно, сильнее всего, когда сухо.
Сухо и солнечно. Хотя, когда сыро, тоже.
Это как раз было сыро — ряды, и поганку растёр.
Какие были ряды! глубокие, ровные.
Ёлки давали им глубину.
Всё, ветер сильно дует — у-у,
плохо на улице, завтра проснёмся,
листья валяются во дворе, запачкались, бурые.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.