В нашем доме вовсю пропадают цветы.
Музыка изворачивается в кульбитах и рвёт винампом.
Я – заводная тряпка, больной сатин –
трёт меня, трёт и трёт настольная лампа.
Я – лягушонок крузо, я джинн болот –
правда, болото – парламент на грани роспуска.
Душ захлебнулся желчью и тихо льёт
сотни имён неразборчивых мелкой прописью.
Флюэрография призраков и муму,
люминисцентные дракулы вместо лампочек…
Корень цветка говорит: не корми. Умру.
Свет опадает на пол, подобно бабочке.
Дом подогнул колени, как падишах
перед подушкой, как лев перед айболитом.
Музыка хищная…
Я залезаю в шкаф
и угощаюсь каштановым безлимитом.
Музыка – громче моли, плотней сирен.
Белый сквозняк – тише неба и снега западней…
Если придёшь, принеси мне под шкаф сирень –
я ведь ещё не узнаю тебя по запаху.
Я не знаю стихов о любви
Совершенней, чем «Север и Запад
Заслоняют колени твои,
Лишь желаннее ставшие за год...»
Я, осиливший горы бумаг,
не считаю, что «спящие чутко,
два пупка превращаются в знак
бесконечности» — тонкая шутка.
Я, последний на свете кретин,
понимаю, как это красиво:
«... а потом по орбите летим
на диване, бесшумном на диво...»
(1985)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
