При выборе – за кого отдать жизнь?, Серж не рассуждал.
-Отдам ее за Украину. Тем более, что там живет девушка моей мечты Лю, - твердо и тайно (чтобы не узнала жена Светка) решил он и громко объявил, что уходит на фронт.
-На какой такой фронт!? – удивилась Светка.
-Так, Украина же с турками вот-вот начнет воевать. Из-за Измаила.
-Нда?! Смотри ты, как все обернулось. Поосторожнее там на фронте-то, - наущала его Светка, собирая в дорогу и заворачивая в газету жирную варенную курицу с чесноком. – Вперед не лезь. Там и своих героев хватает. Но, и не отставай больно-то. Чтобы, значит, в малодушии и отсутствии отваги не упрекнули.
-Не, не....- говорил Серж, настраиваясь на походную стопочку. -Ты же знаешь, что я выпендриваться не люблю. Особенно на войне. Мало ли пуля-дура какая, или танк вражеский?... Как говорят спортсмены –главное участие, порыв, страсть... Но, и в окопах отсиживаться не стану.
-Ой, представляю, как вы этих турков-то погоните! Как вы им покажите кузькину мать! Бабах, бабах, тра-та-та – затанцевала по комнате Светка, держа в руках сержевый солдатский сидор.
После этого он долго и мечтательно сидел в кресле, представляя, как его израненого (но живого) навестит гарная украинка Лю. Она сядет у изголовья и, положа свою нежную руку на его благородную грудь, скажет: філософська глибина і високиi твiй помисел защиты нашої держави достоен самой високой любови! После этого она поцелует его в небритую щеку, встанет и уйдет.
-И это все?! – изумленнно спросит израненный Серж.
-Усе! – ответит с порога Лю.- Телефонуй, любезнiй. Кризис, батенька. Теперь Украiнська Камасутра и сало тильки по телефону.
-Нихрена себе! Вот так любоффь?! – вслух произнес возмущенный Серж.
-Чего? – спросила Светка, вынырнув из другой комнаты. В каждой руке она держала по кирзовому сапогу.
-Сапоги неси!
-Так несу уж?!
-Обратно, говорю, неси. Нахрен всю войну.
-Вот и я так думаю, - обрадовалась Светка. –Только гнева твоего боялась и молчала.
Радостная Светка понесла сапоги обратно в чулан, а Серж задумчиво налил себе еще рюмочку. На диване лежал недособранный на войну сидор.
:-))
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
