Мне не нужно ждать твоих писем -
Я читаю тебя губами -
Собирая росу, как с листьев,
Сочиняю опять, не зная,
Как должны звучать и как слышатся
Те слова, что дурманили в прошлом меня.
Пусть мне только ночью пишется -
Вся дрожу, упиваясь твоими словами
Как впервые ты мне ответил
Совершенно. Легко. Неожиданно.
Будто снова меня ты встретил
Через тысячи дней...Невидимой
Лентой связаны воспоминания.
Пусть неявные, будто придуманы,
Завершим ту историю в гавани
Ничего из того не нарушив в ней?
Будет город другим и люди в нём.
Только небо и солнце в свидетелях,
Что мы были когда-то близки с тобой
И тебе приходилось беречь меня.
Голос также звучал и я плакала,
Будто знала, что мы прощаемся,
Но не думала нынче встретиться
И вернуться к тебе нечаянно.
Нет, не я возвратилась, я вспомнила
И ни словом тебе не обмолвилась.
Ты ко мне шёл навстречу и город пел,
Будто вновь обращая нас в молодость.
Нет, не в эту, а в ту — из прошлого,
Как тогда были мы красивы!
Мы любили друг друга...Крохотным
Был любви наш росточек милый...
Будто знали, что среди Вечности
Вновь зажжётся для нас звезда ясная.
Мы не будем рабами беспечности -
Станет тайной воспоминание.
Ты любимым был, я — любимою,
Но теперь не друг с другом мы связаны.
Я с другим, и другая в любимых
У тебя, и росточек маленький.
Мы не станем ломать наши судьбы,
Но лишь мне ты отныне пишешь.
Я вернула тебя из прошлого,
Ты душой и меня теперь слышишь.
Тебе радостно осознание,
Даже счастлив порою бываешь.
Я люблю, как и прежде, тебя
Как тогда, ты об этом знаешь.
Я роняю слезу на порог
Дома Вечности нашей дороги.
Будет кратким наш общий восторг -
Мне так сладко слыть недотрогой.
Ты меня лишь глазами люби,
Напиши мне слова сквозь те годы,
Что искали мы, но не нашли
В наших судьбах. Вешние воды
Как и в тех же стихах, через край
Перелились любовью моею.
Я всё помню, грозный монарх,
И восторженность в сердце лелею
О всеобщности мыслей и слов,
Что рисую сейчас на салфетке.
Целый мир припадёт и у ног
Моих будет стоять карета
Запряжённая вороными.
И ты выйдешь ко мне навстречу,
Увезёшь меня в те былые
Откровенные ночи, и вечер
Станет часом другого рождения.
Ты сонетами вновь опоишь меня
Будешь думать, что я наваждение
Отрешившись от яви, любя,
Мне подаришь свои откровения.
И словами из давнего прошлого
Ты напишешь нашу историю.
Вспыхнет в памяти страсть не пошлая,
Извлечённой из душ категорией.
Я легко и светло улыбаюсь
Буду видеться лучиком ясным
Ты же с кем-то, как в снах сражаясь,
Будешь мне писать о прекрасном
Ты ещё не знаешь об этом,
А я помню уже поцелуй
Наша память не станет секретом.
Обнимай меня в снах. Я люблю тебя.
И пиши. Я та, в сказках которая,
Просыпается только однажды.
Я уже тебе не сторонняя
Ты меня уже помнишь и в каждой
Ищешь будто отрывки какие-то
То ли прошлого, то ли прошедшего
Почерк снова стал прерывистым
Проявляя когда-то ушедшее...
Светало поздно. Одеяло
Сползало на пол. Сизый свет
Сквозь жалюзи мало-помалу
Скользил с предмета на предмет.
По мере шаткого скольженья,
Раздваивая светотень,
Луч бил наискосок в "Оленью
Охоту". Трепетный олень
Летел стремглав. Охотник пылкий
Облокотился на приклад.
Свет трогал тусклые бутылки
И лиловатый виноград
Вчерашней трапезы, колоду
Игральных карт и кожуру
Граната, в зеркале комода
Чертил зигзаги. По двору
Плыл пьяный запах - гнали чачу.
Индюк барахтался в пыли.
Пошли слоняться наудачу,
Куда глаза глядят пошли.
Вскарабкайся на холм соседний,
Увидишь с этой высоты,
Что ночью первый снег осенний
Одел далекие хребты.
На пасмурном булыжном пляже
Откроешь пачку сигарет.
Есть в этом мусорном пейзаже
Какой-то тягостный секрет.
Газета, сломанные грабли,
Заржавленные якоря.
Позеленели и озябли
Косые волны октября.
Наверняка по краю шири
Вдоль горизонта серых вод
Пройдет без четверти четыре
Экскурсионный теплоход
"Сухум-Батум" с заходом в Поти.
Он служит много лет подряд,
И чайки в бреющем полете
Над ним горланят и парят.
Я плавал этим теплоходом.
Он переполнен, даже трюм
Битком набит курортным сбродом -
Попойка, сутолока, шум.
Там нарасхват плохое пиво,
Диск "Бони М", духи "Кармен".
На верхней палубе лениво
Господствует нацмен-бармен.
Он "чита-брита" напевает,
Глаза блудливые косит,
Он наливает, как играет,
Над головой его висит
Генералиссимус, а рядом
В овальной рамке из фольги,
Синея вышколенным взглядом,
С немецкой розовой ноги
Красавица капрон спускает.
Поют и пьют на все лады,
А за винтом, шипя, сверкает
Живая изморозь воды.
Сойди с двенадцати ступенек
За багажом в похмельный трюм.
Печали много, мало денег -
В иллюминаторе Батум.
На пристани, дыша сивухой,
Поможет в поисках жилья
Железнозубая старуха -
Такою будет смерть моя...
Давай вставай, пошли без цели
Сквозь ежевику пустыря.
Озябли и позеленели
Косые волны октября.
Включали свет, темнело рано.
Мой незадачливый стрелок
Дремал над спинкою дивана,
Олень летел, не чуя ног.
Вот так и жить. Тянуть боржоми.
Махнуть рукой на календарь.
Все в участи приемлю, кроме...
Но это, как писали встарь,
Предмет особого рассказа,
Мне снится тихое село
Неподалеку от Кавказа.
Доселе в памяти светло.
1980
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
