одному хорошему человеку, который почему-то терпеть не может Петербург
Допустим, однажды сведутся мосты, ты появишься в Питере,
Допустим, приедешь не раньше июня, не позже июля.
Ты будешь бродить вдоль Невы и кричать: - Посмотрите-ка!
Она обещала мне белые ночи и не обманула!
А кони над аркой Главного Штаба раздуют ноздри
И фыркнут: откуда такое чудо, не из Москвы ли?
И ты удивишься: в питерском небе отсутствуют звёзды,
Есть только кораблик, приколотый к облаку шпилем.
Мой город целует дождём, обнимает ветрами -
Холодную ласку не каждый поймёт и не каждому выдержать:
От этакой нежности тренькают стёкла в оконных рамах,
Ржавеют до дырок железные прочные крыши.
Ты будешь небрежно показывать фак случайным прохожим,
Легко улыбаться прохожим, которые не случайны.
К утру ты почувствуешь - Питер любить/не любить - невозможно,
Возможно врасти в него. Или без боли отчалить.
Казалось, внутри поперхнётся вот-вот
и так ОТК проскочивший завод,
но ангел стоял над моей головой.
И я оставался живой.
На тысячу ватт замыкало ампер,
но ангельский голос не то чтобы пел,
не то чтоб молился, но в тёмный провал
на воздух по имени звал.
Всё золото Праги и весь чуингам
Манхэттена бросить к прекрасным ногам
я клялся, но ангел планиды моей
как друг отсоветовал ей.
И ноги поджал к подбородку зверёк,
как требовал знающий вдоль-поперёк-
«за так пожалей и о клятвах забудь».
И оберег бился о грудь.
И здесь, в январе, отрицающем год
минувший, не вспомнить на стуле колгот,
бутылки за шкафом, еды на полу,
мочала, прости, на колу.
Зажги сигаретку да пепел стряхни,
по средам кино, по субботам стряпни,
упрёка, зачем так набрался вчера,
прощенья, и etc. -
не будет. И ангел, стараясь развлечь,
заводит шарманку про русскую речь,
вот это, мол, вещь. И приносит стило.
И пыль обдувает с него.
Ты дым выдыхаешь-вдыхаешь, губя
некрепкую плоть, а как спросят тебя
насмешник Мефодий и умник Кирилл:
«И много же ты накурил?»
И мене и текел всему упарсин.
И стрелочник Иов допёк, упросил,
чтоб вашему брату в потёмках шептать
«вернётся, вернётся опять».
На чудо положимся, бросим чудить,
как дети, каракули сядем чертить.
Глядишь, из прилежных кружков и штрихов
проглянет изнанка стихов.
Глядишь, заработает в горле кадык,
начнёт к языку подбираться впритык.
А рот, разлепившийся на две губы,
прощенья просить у судьбы...
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
