Ты стройна как цезура, резвей антилопы гну,
с островов сямисэна сленг, спелых зорь зурна:
для тебя спою любую комнатную войну;
знаешь, не водяное бы перемирие,
а хоть какая бы, скромненькая, но война.
Камертон синих гор, увивающий грот ручей,
боевой журавлиный клин, с белых яблонь снег –
ливень снежный: из чьей-то тебя напишу ничьей,
дрогнут вежды, тебе постелю Пальмиру я,
только б какой-нибудь коротенький, но разбег.
Ты исток и исход, тайный скрип городских ворот,
вещий сон пирамид, разведенные в ночь мосты…
Неизменно такая и точно наоборот,
бремя вящей истины, лебедь-валькирия –
пусть какая-нибудь единственная, но ты…
Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам насладиться.
Но что нам делать с розовой зарей
Над холодеющими небесами,
Где тишина и неземной покой,
Что делать нам с бессмертными стихами?
Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.
Мгновение бежит неудержимо,
И мы ломаем руки, но опять
Осуждены идти всё мимо, мимо.
Как мальчик, игры позабыв свои,
Следит порой за девичьим купаньем
И, ничего не зная о любви,
Всё ж мучится таинственным желаньем;
Как некогда в разросшихся хвощах
Ревела от сознания бессилья
Тварь скользкая, почуя на плечах
Еще не появившиеся крылья;
Так, век за веком — скоро ли, Господь? —
Под скальпелем природы и искусства,
Кричит наш дух, изнемогает плоть,
Рождая орган для шестого чувства.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
