Согласна с Котом, идея понятна и правильна, и по поводу истребления тайги, и по поводу всенародного пьянства. технически- кроме вышесказанного- "заплешивет" и "завшивет" хорошо бы поправить.. как-то неправильно с точки зрения орфографии, мне кажется
вот щас все брошу и кинусь исправлять... Как говорил Главный конструктор Кошкин - за свое нужно бороться... тем более, что это стихотворение, как и выжившие в девяностые - давно уже канонически утвержденные и живут своей литературной жизнью... а автор - так - передатчик...
Марина, Вы меня не поняли, судя по всему. по-русски будет "заплешивеЕт" и завшивеЕт. Вы просто допустили пару ошибок, Вам любой учитель руссого это скажет.
и не нужно думать, что мы стремимся стих огадить. разве стих без ошибок не выглядит более привлекательно? уважайте своё творчество и русский язык.
и не нужно обижаться. критика будет всегда, как же без неё)
улыбнитесь)
кста, в НС №10, 2008 - "шкура леса заплешивИт" - типо ближе к народу :)
И что, "Наш современник" уже печатает стихи с ошибками? корректоры поувольнялись? не понимаю ничего..
"Наш современник", хотя и готов публиковать всякое графоманьё лишь бы патриотически настроенное с протестом и прочими деренскими штучками, но исчо-таки имеет корректоров:)
Стиш Марины Шамсутдиновой (выпускницы ЛИТИНСТИТУТА!) исправлен и весьма прорежен. Все эти "горельники - ельники (в кот. почему-то стоит лес:)", "тридцАть" монет, "шиты-крыты испокон" и прочие несуразицы и ляпы благоразумно вырезаны :))
Наверное, она за каждую строчку воевала. А то ж - шедевр, не меньше!))))
Это жестоко, Сержан.
Автор может быть и совсем не воевал, просто печатного места не хватило.
Верстка, знаете ли, весчь суровая.
Вот гады! Самое лучшее удалили! Это происки империализма!!!
Люди очнитесь! Ради меня еще изменят правила русского языка и вы сможете еще успеть на это посмотреть ))))))))))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Спать, рождественский гусь,
отвернувшись к стене,
с темнотой на спине,
разжигая, как искорки бус,
свой хрусталик во сне.
Ни волхвов, ни осла,
ни звезды, ни пурги,
что младенца от смерти спасла,
расходясь, как круги
от удара весла.
Расходясь будто нимб
в шумной чаще лесной
к белым платьицам нимф,
и зимой, и весной
разрезать белизной
ленты вздувшихся лимф
за больничной стеной.
Спи, рождественский гусь.
Засыпай поскорей.
Сновидений не трусь
между двух батарей,
между яблок и слив
два крыла расстелив,
головой в сельдерей.
Это песня сверчка
в красном плинтусе тут,
словно пенье большого смычка,
ибо звуки растут,
как сверканье зрачка
сквозь большой институт.
"Спать, рождественский гусь,
потому что боюсь
клюва - возле стены
в облаках простыни,
рядом с плинтусом тут,
где рулады растут,
где я громко пою
эту песню мою".
Нимб пускает круги
наподобье пурги,
друг за другом вослед
за две тысячи лет,
достигая ума,
как двойная зима:
вроде зимних долин
край, где царь - инсулин.
Здесь, в палате шестой,
встав на страшный постой
в белом царстве спрятанных лиц,
ночь белеет ключом
пополам с главврачом
ужас тел от больниц,
облаков - от глазниц,
насекомых - от птиц.
январь 1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.