Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас — величайший дар, доставшийся нам от поры детства. Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель
И снова - март. К утру опять
степлевшим за ночь снегопадом
микрорайон в комочек скатан,
который можно в руки взять.
Опять печальное тепло
непредставимо новой жизни
заговорит, зачертит, стиснет
в один комок добро и зло,
сгущая снегопад глубокий,
и полетят, зачертят там
наполовину - просто строки,
наполовину - Мандельштам,
глухой, укромный голос прежних,
черты теряющих, обид...
Да не изменится, конечно,
такой надёжно тяжкий быт!
Затянет даль Сибирью долгой,
сгустятся слухи вдоль дорог,
во днях, событиях и толках
искрошатся углы тревог,
и огорченья утрясутся,
почти отсутствуя со сна,
и станет крайним безрассудством
обыкновенная весна,
и всё замкнётся на себе
в комочек скатанным сознаньем,
степлевшим сумраком в судьбе,
к утру стемневшим мирозданьем...
И многочисленность легка,
и сумрак тих, как откровенье...
Строка, строка, стихотворенье,
конец и новая строка,
и, как предчувствие, очертит
вину пред веком крепостным,
рожденье на волос от смерти
и годы в шаге от весны.
Свет погасят. Ни улицы, ни двора.
Спят в раю, но в рай тебе не попасть.
– Видишь, ровное минное поле? Пора, –
кто-то скажет. – Господи, Твоя власть.
И по полю минному, напрямик...
что жалеть, бояться теперь чего?
Поплетешься, двоечник-ученик,
и сто раз подорвешься. А до Него
далеко. Но пробьется небесный свет,
и в кармане засвищут вдруг соловьи,
и Он спросит, – Не больно, не страшно? Нет?
– Нет, не страшно, тут, Господи, все свои.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
