Угрюмый Гелиос молчит
На лезвиях фрамей,
Бездельем точатся мечи
И кажутся прямей.
Хватившись тяжести клинка,
Он криком торит путь, —
Не вспоминай его, пока
Он хочет отдохнуть.
А сладких шишек — словно звезд
У сосен наверху,
И просыпает синий клест
На ветви шелуху.
За тем ручьем зайдут в бока
Колючие ежи, —
Не вспоминай его, пока
Он думает, что жив.
Никто не ждет — а он, живой,
Бежит и дышит ртом.
Слоны качают головой
Земной горелый ком...
Девчонка, брось, — твоя тоска —
Чума на этот век.
Не вспоминай его, пока
Он знает только бег.
Осколки боли, глина, грязь —
Ладони к небу брось!
А кровь со словом запеклась —
Не выплюнешь порознь.
О, облака! О, та река,
Что к Родине бежит!..
Минул год от рожденья таковский,
был таков под бенгальский огонь
тигр бенгальский... Но прежде Тарковский
протянул ему с мясом ладонь.
Очи хищника пуще магнита,
в сувенирный трескучий мешок,
в морозящий стакан сталагмита
тигр свершает последний прыжок.
И на смену ему за добычей
представители фауны — в ряд:
обезьяний, собачий и бычий,
будто в тире курортном стоят,
оживают под пенье курантов,
начинают ходить по дворам
партработников и эмигрантов,
всех, пока ещё имущих срам.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
