Я многого не понимаю и река
меня уносит.
Стирая имена и даты, в календаре
и облака
из ваты глотает горизонт.
И на дворе
уже опять зима.
Непоправимо снег заносит
остатки осени, тепла,
и лужи,
что превратились в зеркала.
Лишь цвета непонятного стена
всё также молчалива и цинична.
И в отношении своём категорична
и к настоящему, и к прошлому она.
Как оправдание - наличие окна,
решётка недоверия публично
мир защищает от меня.
Я ощущаю, как, всё-таки, трагична
история мной прожитого дня.
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Милый! не дрогнет твоя рука.
И мне недолго терпеть.
Вылетит птица — моя тоска,
Сядет на ветку и станет петь.
Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,
Раскрывши окно, сказал:
«Голос знакомый, а слов не пойму» —
И опустил глаза.
31 января 1914,
Петербург
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
