Человек несет в душе своей яркое пламя, но никто не хочет погреться около него; прохожие замечают лишь дымок, уходящий через трубу, и проходят своей дорогой
Я держалась вполне комильфо.
С равнодушием куклы тряпичной
отмолчалась и твой телефон
поперхнулся моим безразличием.
Мимо сердца промчались слова,
в переполненном болью вагоне.
Ты просрочил на веру права
и права на любовь проворонил.
***
Красноречие побледнело в лице,
аргументы рассыпались по полу,
когда ты, вдруг возник на крыльце,
просто так, без зазренья и повода.
Притащил перемены в глазах,
шлейф дурманящих ноток от Гуччи,
наливал в мое сердце бальзам,
вырывал сорняки и окучивал.
Почему же тебе я не верю,
ты любовь не оставил за дверью?
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана;
По капле кровь точилася моя.
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.
И снился мне сияющий огнями
Вечерний пир, в родимой стороне.
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.
Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчиво одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
И снилась ей долина Дагестана;
Знакомый труп лежал в долине той;
В его груди дымясь чернела рана,
И кровь лилась хладеющей струей.
1841
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
