Кому таскать Луну по звёздным рекам?
Земля, Луна, а между нами – пропасть
Недюжинных четыре человека –
Басё, Гребенщиков и Роджер Уотерс,
И я у них случайно на подхвате
Учеником ли, юнгой, подмастерьем…
На четверть ставки в их артельном штате
Прозрачной лунной тенью – Павел Перьев…
Поклонники Красавицы Луны,
Собравшиеся в творческой артели,
Нормальной и обратной стороны,
Всего ночного неба менестрели…
Старик Басё у нас за бригадира
На самой лёгкой и короткой лямке,
Но как его, ничья не может лира
Греметь в веках и выходить за рамки
Ещё Басё у нас зитц-председатель,
И это по-японски очень мудро –
Когда нас вдруг за что-нибудь прихватят,
В тюрьму пойдёт Ёдзаэмон Мацуо…
(коли найдут его - да только вряд ли...)
Борис Борисыч – классик в своём деле –
Венцами лавра всё чело увито…
В бурлацкой нашей творческой артели
Он занимает должность Замполита
Он может (остальные-то едва ли)
Один, на каждом лунном биеннале,
Свободно, не нуждаясь в подпевале,
“Дубинушку” воспеть в оригинале
Зав. музыкальной частью у нас – Роджер
Свою верёвку тянет вдохновенно,
Такой простой англосаксонской рожей
Способен пробивать любые стены
Под фиолетовой Луной просился Блэкмор,
Но с бабой* его взять не захотели
Ему сказали, что, мол, некорректно –
Одну на пятерых в мужской артели
На фоне их весь мой удел – молчание,
Но всё же так свободно-беззаботно
С артелью той Луну таскать ночами
От горизонта и до горизонта
________________________________
*Кэйт Найт.
выше имеется в виду хит Blackmore’s Night – “Under The Violet Moon”
у всех вышеупомянутых прошу великодушно прощения за не всегда корректную вышеупомянутость
Река валяет дурака
и бьет баклуши.
Электростанция разрушена. Река
грохочет вроде ткацкого станка,
чуть-чуть поглуше.
Огромная квартира. Виден
сквозь бывшее фабричное окно
осенний парк, реки бурливый сбитень,
а далее кирпично и красно
от сукновален и шерстобитен.
Здесь прежде шерсть прялась,
сукно валялось,
река впрягалась в дело, распрямясь,
прибавочная стоимость бралась
и прибавлялась.
Она накоплена. Пора иметь
дуб выскобленный, кирпич оттертый,
стекло отмытое, надраенную медь,
и слушать музыку, и чувствовать аортой,
что скоро смерть.
Как только нас тоска последняя прошьет,
век девятнадцатый вернется
и реку вновь впряжет,
закат окно фабричное прожжет,
и на щеках рабочего народца
взойдет заря туберкулеза,
и заскулит ошпаренный щенок,
и запоют станки многоголосо,
и заснует челнок,
и застучат колеса.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
