Парк замкнут осенью в кувшин,
в овальность тупичков упрятан.
За поворотом - ни души.
Сгустившись, замерли в глуши
листва, стволы и листопадом
ненарушаемая связь
безлюдья с дровяной сторожкой.
Дорожка обогнула грязь,
чтоб обернуться и пропасть,
и всё-таки мерцать немножко
до поворота впереди...
Свернувшему не вдруг найти
обход в обратное пространство.
С неуловимым постоянством
листва слетает. По пути
теряешь прямизну мышленья;
и отвлечённое слеженье
легко очертит пустоту...
Нырок, двойной нырок, круженье,
исчезновенье на лету.
Они не видят и не слышат,
Живут в сем мире, как впотьмах,
Для них и солнцы, знать, не дышат,
И жизни нет в морских волнах.
Лучи к ним в душу не сходили,
Весна в груди их не цвела,
При них леса не говорили,
И ночь в звезда́х нема была!
И языками неземными,
Волнуя реки и леса,
В ночи не совещалась с ними
В беседе дружеской гроза!
Не их вина: пойми, коль может,
Органа жизнь глухонемой!
Души его, ах! не встревожит
И голос матери самой!..
‹1836›
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
