Где б я ни был, о, Боже, я словно в закрытом пространстве
И мне кажется, будто уже я давно погребён
Паутинные своды в моём жестяном государстве
Ловят дальние отзвуки прежних забытых времён
На погосте моём отзвучали тяжёлые трубы
Я ж стоял у могилы и знал, что хоронят меня
Но процесс затянулся, лиловыми сделались губы,
Я ушёл раздувать в своей печке полметра огня
В глаз бревно мне воткнувшие, яду залившие в уши,
Моей первой любовнице сделав моральный аборт,
Вместо бренного тела они отнесли мою душу,
На поминках моих заказали рождественский торт
По гробнице моей вдруг проходят какие-то люди
Они смотрят вокруг, иногда замечая меня
Они думают, будто я еду на белом верблюде,
Я же просто лежу, ледяное молчание храня
Кто заметит меня, вокруг тела вьёт сладкие нити,
Языком, как салями, кромсая моё c’est la vie
Кто-то требует денег, кто пить, очень многие выпить,
Кто-то ждёт очень светлой, а кто плотоядной любви
Раздавая от бренного тела куски моей жизни,
Из конюшен из их мне не нужно хромого коня
Только я не святой – я живу при своём коммунизме
По потребностям дайте мне в печку полметра огня
Кольца твои и серёжки.
Пудра и лак для ногтей.
Твёрдые ножки и рожки
для Мнемозины моей.
Долго держалась помада.
Дольше, чем собственно рот,
дольше, чем собственно надо
тем, кто даёт и берёт.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
