На безродных, обескровленных ошметках,
На торчащих, из прорех души, костях,
Не прокатит тленом скрасить и подметки.
Зимородкам гнезд не вить весной в ветвях.
И в февральский, до знобы собачий, холод,
Да давящий выю несвободы круг,
В снегопадах затерялся солнца город.
В коме снится мне мой старый, верный друг.
Тараканьи, до утра, бега в потемках.
Петушиный растревожил нечисть крик.
Матерь Божья плачет миром на иконах.
Расцелую преклоненный неба лик.
За улыбкой прячусь, как дитя за дверью.
Натощак пью бергамотовый чифир.
Всех прощаю, однозначно в сказки верю.
Ночью - снайпер - от "зверья" спасаю мир.
Из-под снега прорастет зерно надежды.
Зимородки гнезда выткут на ветвях.
Приоткрою после долгой комы вежды,
И развею над землею смерти прах.
Отполированный тюрьмою,
ментами, заводским двором,
лет десять сряду шел за мною
дешевый урка с топором.
А я от встречи уклонялся,
как мог от боя уходил:
он у парадного слонялся —
я через черный выходил.
Лет десять я боялся драки,
как всякий мыслящий поэт.
...Сам выточил себе нунчаки
и сам отлил себе кастет.
Чуть сгорбившись, расслабив плечи,
как гусеничный вездеход
теперь иду ему навстречу —
и расступается народ.
Окурок выплюнув, до боли
табачный выдыхаю дым,
на кулаке портачку «Оля»
читаю зреньем боковым.
И что ни миг, чем расстоянье
короче между ним и мной,
тем над моею головой
очаровательней сиянье.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
