Сиреневые тучи над Москвой,
Гроза грядет, гудит Ерусалимом,
И если был бы я счастливым и наивным,
Тоску переведя в утробный вой,
Зацеловал до одури сиреневый закат!
Взахлеб, быть может невпопад.
Откат…
Никак. Сухие мои губы…
Ни капельки дождя…
Друзья мои,
Нельзя ли одолжить,
Лишь толику любви ?!?
Чужой мечтой замазать грубо
Глаза
В преддверии грозы?
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.
Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.
И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.
И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у царских врат,
Причастный тайнам, — плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.
Август 1905
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
