Они видели ту войну,
про которую внуки не помнят.
Они ходят гулять на Неву
и живут совершенно спокойно:
поликлиника и магазин -
полбуханки ржаного на вечер.
От блокадных прошло столько зим,
расплатиться бы с ними, да нечем.
Вечер смотрит на них сквозь окно:
шторы, кухня, рука под рукою.
- Не подумай плохого, но,
если что, ты живи, я прикрою
Полбуханки ржаного... Мой дед, хотя питерцем не был, всегда требовал, чтобы дома был черный хлеб. А если куда-то ехал, то всегда хотя бы четверть вез с собой. Как мне объяснила мама, это у него с войны. Да и до войны он время голодное пережил.
Да, к черному у того поколения особое отношение. И, кажется, оно передается на генном уровне.
И это тоже. Но, также верно, что черный хлеб полезней :)
вздох в горле встал
а у меня перехватило дыхание, когда я поняла, что пожилые люди, парами преодолевающие ледяные колдобины (стишок январский, тогда снег еще не убирали), судорожно вцепившись друг в друга, идут вдвоем не потому, что обоим куда-то надо, а второй - для поддержки (живи, я прикрою)
Теперь редко прочтёшь подобное. Это про нас с женой. С тех давних пор предпочитаю хлеб, а не булку.Спасибо Вам!
Вот самый дорогой мне комментарий.
Вам спасибо, ШурА.
Здоровья вам и вашей жене.
В двенадцати строках - эпоха...
не стоит преувеличивать :)
Чудесный стих.
спасибо, Миш)
Перехватило в горле... эти последние строчки... У В.Распутина в "Последнем сроке" есть мысль о том, что старики прикрывают нас от смерти, а когда они уходят мы- первые перед вечностью....
глубокая мысль, кстати.
мне еще кажется, что мы и взрослеть по-настоящему начинаем, только когда родители уходят
две последние строки-это что-то!!аж мурашки по коже!! великолепно!!
совпадение интересное, не знаю как пропустила этот твой стих, но прочла впервые сегодня, в день победы. И расчувствовалась. Вот этот глядящий вечер, одиночество и в то же время рука под рукою, они соединяют все престарелые пары в мире... спасибо тебе.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Среди фанерных переборок
И дачных скрипов чердака
Я сам себе далек и дорог,
Как музыка издалека.
Давно, сырым и нежным летом,
Когда звенел велосипед,
Жил мальчик - я по всем приметам,
А, впрочем, может быть, и нет.
- Курить нельзя и некрасиво...
Все выше старая крапива
Несет зловещие листы.
Марина, если б знала ты,
Как горестно и терпеливо
Душа искала двойника!
Как музыка издалека,
Лишь сроки осени подходят,
И по участкам жгут листву,
Во мне звенит и колобродит
Второе детство наяву.
Чай, лампа, затеррасный сумрак,
Сверчок за тонкою стеной
Хранили бережный рисунок
Меня, не познанного мной.
С утра, опешивший спросонок,
Покрыв рубашкой худобу,
Под сосны выходил ребенок
И продолжал свою судьбу.
На ветке воробей чирикал -
Господь его благослови!
И было до конца каникул
Сто лет свободы и любви!
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.