Животворящий плеск воды -
и звук ведра утробно-полый,
нырнувшего под блеск весёлый
по дужку в мутные сады,
где крыши пляшущий набросок -
всего лишь первый подголосок
жары, неведомой вчера...
Едва начнётся майская игра -
подробные, зажмуренные прятки
и человечки в согнутой тетрадке,
и улицы отчётливая треть -
считай, не отвлекайся, не пора...
Пока стоит весенняя жара
и облакам отмыты русла с юга,
пока, смеясь, мы смотрим друг на друга -
успеть бы, не сорваться бы, суметь
припрятать этот мир и умереть,
схитрив и в вечность юркнув на мгновенье!..
Какая смерть была бы! Загляденье!
Всё объяснится, всё пройдёт едва
горою майской вымахнет листва
и горечью изнеженной коснётся,
и шевельнёт загадкою колодца
на самом дне бессмертная вода,
и глянет вверх,
и канет без следа.
Москва бодала местом Лобным,
играючи, не насовсем,
с учётом точным и подробным
педагогических систем.
Москва кормила до отвала
по пионерским лагерям,
с опекою не приставала,
и слово трудное ге-рон-
то-кратия — не знали, зрели,
росли, валяли дурака.
Пройдёшься по сентябрьской прели -
глядишь, придумалась строка.
Непроизвольно, так, от сердца.
Но мир сердечный замутнён
на сутки даденного ксерокса
прикосновением времён.
Опережая на три года
всех неформалов ВКШ,
одну трагедию народа
постигла юная душа.
А нынче что же — руки в брюки,
гуляю, блин, по сентябрю,
ловлю пронзительные звуки
и мысленно благодарю.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
