не про алкоголь и не про секс. и даже не про взросление.
Возмужание – это сон.
Я наливаю в бокал себя
И разливаю друзьям,
Которые состарились за один сон,
Которые – пеплом по земле,
Которые – навсегда в сердце.
Возмужание – это боль,
Это – старость за горизонтом,
Но не легче нам видеть лица друг друга,
Которые время не ставит в расчет!
…И юность танцует на барной стойке,
Снимает с себя футболку…
«Радость моя, принесите-ка счет», –
Пора – на востоке Солнце встает.
бесконечней дня только возглас друга.
жизнь короче памяти, если есть сон,
вложенный в другой сон. и так по кругу
разбегаются сны отменами похорон.
хоронить можно день, час, можно голос
так хоронить, что обмереть слегка.
можно любить эти звуки волос или колос
пива ненастоящего, голос друга издалека.
всё потерять, как консервную банку, задаром
сохранившую кильку на пару глубоких лет.
и пузато катится всем безупречным шаром.
и всё ей покоя, всё ей возврата нет.
встану я вечером в очередную жижу,
да обмакну свою голову в вялотекущий сон,
где я тебя никогда, никогда не увижу,
в этих стоптанных впадинах не случившихся похорон.
Интересно получилось, спасибо)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.