Спасибо дедушке Матфею,
Спасибо дедушке Матвею,
Ивану и Луке, да и тебе,
Усталый Марк, и всем отцам седым,
Каких уж нет, а от бород лишь дым,
Да голос низкий и глубокий с частых
Молитв. Се, Бог, взывает паства.
И пишется послание твоё,
Но авторство указано своё.
В пустыни направлял отцов желанья,
Где за молитвою костями станут.
И облака, как бороды, рвались
Над головой, и веток гнила слизь.
А ты был рядом тихий, безымянный.
И видел, как внезапный грех достиг.
Смятение потом, какой-то крик
В борьбе святого с дьяволом бесславной.
И улыбался, с побеждённым напрочь
Сидя всю ночь, весь день в заре пожара.
И плоть знобит, карябает Матвей
На камне крест и хочет спать ложиться,
По бедности и жизнью не разжиться,
Но бог кладёт виссон на голове.
Симонов и Сельвинский стоят, обнявшись,
смотрят на снег и на танковую колею.
– Костя, скажите, кто это бьет по нашим?
– Те, кого не добили, по нашим бьют.
Странная фотокамера у военкора,
вместо блокнота сжимает рука планшет.
– Мы в сорок третьем освободили город?
– Видите ли, Илья, выходит, что нет.
Ров Мариуполя с мирными — словно под Керчью.
И над Донбассом ночью светло как днем.
– Чем тут ответить, Илья, кроме строя речи?
– Огнем, — повторяет Сельвинский. —
Только огнем.
2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
