Жемчужною горошиной
на черное сукно -
бессонницей, подброшена
луна, в моё окно.
Опять недосчитается
бог сновидений - снов...
Опять не вычитается
из прошлого - любовь.
Все, вроде, подытожено,
поставлена печать.
Но, видимо, по прошлому
положено скучать.
Принцессой на горошине
скучаю, как положено...
Я знаю, кем, подброшена
с горошину, печаль.
За занавеской плюшевой
укроюсь от луны.
Воспоминаний кружево
вплету в пустые сны.
И пусть не удивляется
бог сновидений - снам,
про то, как все случается,
когда не спится нам.
Давно все подытожено,
поставлена печать.
Но, видимо, по прошлому
положено скучать.
Принцессой на горошине
скучаю, как положено...
Я знаю, кем, подброшена
с горошину, печаль.
Песня песен!!! Привет, дорогая! Заждались, однако))))
И я соскучилась:) Спасибо Ирина:)
Прелестно, музыкально - простая, как и нужно, трогательная, складная песня.)
Спасибо,Наташа,мне эта песня тоже нравится,как не скромно это не звучит:)
"Все, вроде, подытожено,поставлена печать. //Но, видимо, по прошлому
положено скучать." - банально до скучности, но как же звучит, все-таки!
Спасибо,вам,Игорь:)
Спасибо за ссылку! Великолепно! Прекрасный текст для прекрасного исполнения! Безусловная удача. Конечно стихи для исполнения -- несколько иной жанр, просто, как текст, они -- иные. Конечно же, их надо слушать, тогда всё увязывается, тогда каждое слово бьёт в цель.
Спасибо, и поклон мой автору музыки и её исполнителю!
я знаю, кто там прошлое мешает деревянною
рукой, безумным тополем, его корою пьяною.
чьё издыханье множится, но кто новее кожицы
пройдёт себя порадовать и самоуничтожится.
всё прошлое - не истинно. какой-то сон, пожарище.
себя да пепел вытащи, вы с телом - сотоварищи.
всё прошлое разделено на сектора с прогулками,
на камеры с собаками, на булки с переулками.
всё прошлое - представлено, замешано, не скупится
на каждый стук раздавленный. и молотку в нём мучиться.
а человеку - вымолвить ещё раз покаяние
в хуле великой, пламенной, как божие страдание.
а прошлое - божественно. его мешают - гении,
своей листвой осеннею летящие, деревьями,
полями и собаками. и будет ровно роздано
тому, что ходит с нервами и деревянным создано.
Спасибо,Вам:)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Спать, рождественский гусь,
отвернувшись к стене,
с темнотой на спине,
разжигая, как искорки бус,
свой хрусталик во сне.
Ни волхвов, ни осла,
ни звезды, ни пурги,
что младенца от смерти спасла,
расходясь, как круги
от удара весла.
Расходясь будто нимб
в шумной чаще лесной
к белым платьицам нимф,
и зимой, и весной
разрезать белизной
ленты вздувшихся лимф
за больничной стеной.
Спи, рождественский гусь.
Засыпай поскорей.
Сновидений не трусь
между двух батарей,
между яблок и слив
два крыла расстелив,
головой в сельдерей.
Это песня сверчка
в красном плинтусе тут,
словно пенье большого смычка,
ибо звуки растут,
как сверканье зрачка
сквозь большой институт.
"Спать, рождественский гусь,
потому что боюсь
клюва - возле стены
в облаках простыни,
рядом с плинтусом тут,
где рулады растут,
где я громко пою
эту песню мою".
Нимб пускает круги
наподобье пурги,
друг за другом вослед
за две тысячи лет,
достигая ума,
как двойная зима:
вроде зимних долин
край, где царь - инсулин.
Здесь, в палате шестой,
встав на страшный постой
в белом царстве спрятанных лиц,
ночь белеет ключом
пополам с главврачом
ужас тел от больниц,
облаков - от глазниц,
насекомых - от птиц.
январь 1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.