Атмосферу любви
я слепил бы из солнечной глины,
обнажённой Земле
подарил бы покров голубой
и расплавил бы чувств
сиротливо застывшие льдины,
посмеялся бы всласть
над своей близорукой судьбой.
Я блуждаю давно
по холмам и оврагам пустынным,
мне навстречу бегут
почерневшие кости зверей,
а рассеянный свет,
несомненно, божественной глины
потерялся в узлах
вековых полумёртвых корней.
То врываюсь, как крот,
в пышногрудую тучную землю
и ползу наугад
в беспросветной и тесной глуши,
то желания вдруг,
как уставшие дети, задремлют
в подвесных гамаках
истомившейся за день души.
Исходил города
и дышавшие паром долины,
превозмог боль и страх,
и нервозность житейских тревог...
Атмосферу любви
я слепил бы из солнечной глины,
если б только я мог...
Если б только я мог.
Квартиру прокурили в дым.
Три комнаты. В прихожей шубы.
След сапога неизгладим
до послезавтра. Вот и губы
живут недолго на плече
поспешным оттиском, потёком
соприкоснувшихся под током,
очнувшихся в параличе.
Не отражает потолок,
но ежечасные набеги
теней, затмений, поволок
всю ночь удваивают веки.
Ты вдвое больше, чем вчера,
нежнее вдвое, вдвое ближе.
И сам я человек-гора,
сошедший с цирковой афиши.
Мы — дирижабли взаперти,
как под водой на спор, не дышим
и досчитать до тридцати
хотим — и окриков не слышим.
(1986)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
