Живёт старушка в домике одна,
как вдруг осиротевшая наседка.
Приходит сын, всегда пьяней вина,
да изредка обрадует соседка
и всколыхнёт безвременье и быт.
Что говорить, у нас у всех открыт
счёт в банке одиночества. Но старость,
когда подруг-ровесниц не осталось,
а болтовня на лавочке претит,-
она живую душу тяготит,
которая довольствоваться малым
не может, и к тому ж ещё...
Не мне судить, могу я горячо
лишь защищать, что сердце угадало.
Сегодня праздник на её дворе:
сын обещал наведаться с семьёю,
и побежали ноги за водою,
и солнца луч расцвёл в календаре.
Давно готов душистый добрый плов,
и пироги с изюмом и вареньем,
лениво развалившись, без стесненья
дымятся, поджидая едоков...
А он опять пришёл, как в прошлый раз...
Что пользы в том, коль повторишь сейчас
слова пустой потрёпанной морали?
Из-за неё и так мы потеряли
покой и сон, и радость. Чёрт возьми,
так пусть она смеётся над людьми,
но не даёт услужливых советов
и кем-то заготовленных ответов,
что нагоняют грусть, тоску и лень.
Но, чу... В тот бесконечный день
поднялся сын с железной узкой койки;
мать полила из ковшика ему,
и он спросил рябиновой настойки...
И пить тоскливо было одному.
Но, похмелившись, мухам надоевшим
устроил он потешную войну...
Всплакнула мать:"Совсем ты плох, сердешный,
того гляди, завоешь на луну.
Не убивай оставшуюся муху,
пускай живёт да радует старуху..."
Потом, собрав внучатам узелок,
хмельного сына проводила взглядом...
...........................................................
И долго шёл он, слившись с листопадом,
и под дождём до ниточки промок.
Но узелок донёс. И только муха,
напоминая сиротливый дом,
спать не давала и, жужжа над ухом,
касалась кожи тонким хоботком.
В животе у кита,
на котором лежит
Земля
Непечально живёт
всех ушедших людей семья.
Здесь матросы
с «Варяга»,
индейские племена,
здесь Гомер,
Че Гевара,
Бах,
и всегда весна.
В животе у кита,
на котором лежит Земля,
Пишет новый французский эпос Эмиль Золя,
Циолковский скальпелем режет кишки небес,
Здесь Мария Каллас — Алиса в стране чудес.
Для шахтеров небо
в алмазах даёт угля
В животе у кита, на котором лежит Земля,
Здесь твои прабабушки
вяжут огромный шарф,
Здесь Сервантес с Пушкиным выпьют на брудершафт.
Для крестьян плодоносят вечно теперь поля
В животе у кита,
на котором лежит Земля!
К рыбакам прилипают рыбы,
к цветам шмели,
И Рублёву разводит краски вином Дали.
Помирились враги,
обучаясь любви с нуля,
В животе у кита,
на котором лежит Земля,
Здесь для каждого нелегала есть свой сарай,
И своё здесь солнце,
и свой здесь
солдатам рай.
И гремит у бездомных поэтов
в карманах медь,
Они ходят по свету, как будто исчезла смерть,
И Есенину ослабляет петлю Рембо,
И на ослике к ним приезжает под утро Бог.
Сообщает,
что здесь их поэмы нужней, чем там...
И они отвечают: «Мы веруем, Капитан!»
Ной в своём батискафе
опять обогнул Казбек,
С потолка Микеланджело сыпется русский снег,
И с Ландау играет в шахматы Еврипид,
А над крышей Большого Уланова все парит.
И не в том ведь дело, что кровью писал Басё,
А лишь в том, что мы все молекулы — вот и все.
Так волшебные птицы клюют под собою сук,
Так луна себе ухо Ван Гога пришила вдруг.
Мы блокадники, партизаны, мы неба дно,
Мы дерёмся и спорим, язык проглотив родной.
А потом Капитан скомандует «от винта»,
И мы все попадём навечно в живот кита.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
