В дрожащем от зноя, расплавленном воздухе юга,
Разъятом на доли ленивым куриным квохтаньем,
Витает древесный настой, и янтарны слезинки
На пахнущей остро, пока еще новой калитке.
У этой калитки в линялом чудном сарафане,
Босая, с разбитой коленкой, облупленным носом,
С просоленной морем, смешной золотистой косицей
На солнце смотрю сквозь созревшую гроздь винограда…
***
Давно уже за полночь, только неймётся, не спится…
Крадусь мимо окон слепых к обветшалой калитке,
Где вилкой сухих тополей лунный ломтик наколот
И звёздные крошки на пальцах дряхлеющей груши.
Там ночь выставляет дозоры из снов и видений,
Там лентой тумана стреножены чуткие сосны,
Там ухает вещая птица и щелкает хищно
Да мечется эхо в ущелье ночным перелаем…
Отличная лирика.Особенно хороша вторая часть,- так и пахнуло Крымом.)
Спасибо! Рада встретиться. Многим нравится больше первая часть. А для меня они дети-близнецы :)
буду номинировать.
Спасибо за стихотворение
http://www.reshetoria.ru/obsuzhdeniya/shortlist/
Rosa
Чем бы это ни закончилось, я Вам благодарна.
( шепотом)
Вы себе не представляете, какая я - душевная душка)))
(едва слышно):
У меня художественное воображение: чего недопредставлю сейчас -дорисую потом (ем сало и подмигиваю) :))))))
Все-таки немного поворчу :)
"У этой калитки в линялом чудном сарафане,"
с пунктуацией беда. Получилось, что калитка в сарафане.
На мой взгляд, вы еще растеряли знаки после золотистой косицы и хищного щелканья. Впрочем, я могу и ошибиться.
Но это так, банальное ворчание :)
Две части стихотворения совмещаются в одно целое, как день и ночь, показывая вместо плоской фотокарточки объемное полотно. Доброта, искренность - и Крым, такой настоящий здесь.
И еще, у вас очень интересная звукопись. Только прочиталось "тесьмою тумана стреножены", уж простите меня за эту вольность
Аж, ну откуда у вас столько пафосу )
Долго накапливался :)
2-я часть -да!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
На тротуарах истолку
С стеклом и солнцем пополам,
Зимой открою потолку
И дам читать сырым углам.
Задекламирует чердак
С поклоном рамам и зиме,
К карнизам прянет чехарда
Чудачеств, бедствий и замет.
Буран не месяц будет месть,
Концы, начала заметет.
Внезапно вспомню: солнце есть;
Увижу: свет давно не тот.
Галчонком глянет Рождество,
И разгулявшийся денек
Прояснит много из того,
Что мне и милой невдомек.
В кашне, ладонью заслонясь,
Сквозь фортку крикну детворе:
Какое, милые, у нас
Тысячелетье на дворе?
Кто тропку к двери проторил,
К дыре, засыпанной крупой,
Пока я с Байроном курил,
Пока я пил с Эдгаром По?
Пока в Дарьял, как к другу, вхож,
Как в ад, в цейхгауз и в арсенал,
Я жизнь, как Лермонтова дрожь,
Как губы в вермут окунал.
Лето 1917
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.