осторожной росы предрассветные флажолеты
пишут брайлем в бумажной траве свои буки веди
ты сегодня выходишь в светлое навсегда одетта
закружив пуантами гулкие сны соседей
в унисоны взглядов сквозь пальцы чтобы не видеть зорко
пальцы твои чтобы не видеть зорко чтобы не видеть
зорко как уколовшись брайлем раем ли бредишь только
в зигфридовых ли полях таешь адом уснувших лидий
буквы зажгут в ладонях влажные антраша удивленных игл
острых как жизнь ресниц неотвратимых и верных как чья-то кода
юная перасия каждые сорок вечностей чертит иго
черных как смоль одиллий считает звезды дырами небосвода
до ре ми небосвода бисером флажолетов в лето твое одетта
бережно впишет брайлем веди своих глиссад аз буки арабесков
и в предрассветном полупрозрачном свете в светлое навсегда одета
ты в оркестровом куполе недосягаемой загоришься фреской…
С антресолей достану «ТТ»,
покручу-поверчу —
я ещё поживу и т.д.,
а пока не хочу
этот свет покидать, этот свет,
этот город и дом.
Хорошо, если есть пистолет,
остальное — потом.
Из окошка взгляну на газон
и обрубок куста.
Домофон загудит, телефон
зазвонит — суета.
Надо дачу сначала купить,
чтобы лес и река
в сентябре начинали грустить
для меня дурака.
чтоб летели кругом облака.
Я о чём? Да о том:
облака для меня дурака.
А ещё, а потом,
чтобы лес золотой, голубой
блеск реки и небес.
Не прохладно проститься с собой
чтоб — в слезах, а не без.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
