Брела гроза. Еще в начале мая –
сырой птенец в соломинках гнезда –
через июль силенок набираясь,
судьбой грозила тварям: «Аз воздам!»…
Она дышала инфернальным жаром,
тягала пыль за белые вихры,
и хрипло перекатывала шарик,
и шарился по небу этот хрип…
Стихало все под мандалой небесной,
завойлочившей влагой горизонт –
брела гроза, куда глазам не тесно
и становилась грозною грозой.
Когда нутра ее клочкастый хаос
сгущался с видом плоти на одре,
тогда с земли: « help!..water!. Got!.. my hоuse…» –
шипели губы как лица разрез.
И лишь мужик, не названный Андреем,
в набедренной повязке из трусов,
горланил песни, пятый день не бреясь,
допив уже врачующий рассол.
Он пОсуху ходил, как входят в воду
(виной тому инсульт ли, абстинент?)
не верил он ни в Черта, и ни в Бога,
он знал: спасет лишь пиво, не абсент.
За пивом и пошел... Гроза сгущалась,
скелеты веток ветром обнажив, -
так и ушел, сведя конец к началу,
как в сферу Агасфер, что вечно жив.
Ведь иго его — есть благо,
И дождь его серебрист.
Не стерпит весну бумага
В кораблик слагая лист.
Так солнце встаёт с постели,
Стирая черты границ.
И бремя легко в апреле,
И время на новых птиц.
Летят они к сердцу близко,
Спугнув кучевых овец.
И аспида с василиском
Кинжалом пронзил скворец.
Чтоб клеть распахнулась к лету,
И звёзды стекли в траву,
Кораблик плывёт по свету,
Корябая синеву.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
