Ботинки хлюпают. Осень ближе
ко мне становится. Ей тепло.
На миг покажется, будто дышит
дождём расплавленное стекло
ноябрьских луж. И уже не жалко
прикосновений лимит прожечь
и наспех выдуманной считалкой
распределить теплоту от встреч
с предзимним ветром.
А дома тапки,
имбирный чай, мармелада горсть
и тишина – неприлично падкий
до разговоров глазами гость.
Притихнут, будто смутившись, боги
вещей, отживших свои года,
и тени спин, удаляясь, дрогнут,
и станет призрачным звук тогда.
Умолкнут сиплые половицы,
чужие двери, а сквозняки,
переворачивая страницы,
смолчат, теперь им молчать с руки,
забудут голос часы, пластинки...
Утихнет всё.
Но споткнётся взгляд
о прохудившиеся ботинки –
и боги снова заговорят.
Вы, Нина, думаете, вы
нужны мне, что вы, я, увы,
люблю прелестницу Ирину,
а вы, увы, не таковы.
Ты полагаешь, Гриня, ты
мой друг единственный, — мечты!
Леонтьев, Дозморов и Лузин,
вот, Гриня, все мои кенты.
Леонтьев — гений и поэт,
и Дозморов, базару нет,
поэт, а Лузин — абсолютный
на РТИ авторитет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
