Оду слагаю, не апологию -
графу Хвостову! Сказано «многие
плохи» Тевтамом - разумом Греции
древней и мудрой. Дивные «специи» -
те, что подобны графу Хвостову, и
он - не из «многих»! И не достоин ли
истинный подвиг Музе служения -
доброго слова? Стихотворения
так сочинял он, превозмогаючи
боль от насмешек. «Умные мальчики»,
часто, дурные - несправедливые -
в адрес пиита шутки чинили и…
Что же ?- он мстил им? Милою кротостью
лишь отвечал он - мудростью, совестью
столь отличён был. Долю поэтову
нёс он достойно. Славлю поэтому
Графа Хвостова! Также - стихи его! -
«многими» тупо, грубо честимые.
Вспомним, о други! Предубеждения
бросив, прочтём их! Свет вдохновения
чистого сердца, доброго помысла,
отблеск небесный тихого голоса -
в них различимы. Душ очарованных
Музой - искал он, «мифом» - не скованных.
Так сочинял он, сердцем горя для них -
чутких потомков… Милый бессребреник!
* « ..Как личность граф Хвостов оставил по себе самую лучшую память. Это был скромный, честный, отзывчивый человек. Его доброта доходила до забвения обид, нанесённых его огромному авторскому самолюбию….. Современные литературоведы принимают меры для отделения легенды о Хвостове от его непосредственного творчества… «Бескорыстно влюблённым в поэзию» называют его в своём исследовании М. Г. Альтшуллер и Ю. М. Лотман…» (Из Википедии»)
За то, что я руки твои не сумел удержать,
За то, что я предал соленые нежные губы,
Я должен рассвета в дремучем акрополе ждать.
Как я ненавижу пахучие древние срубы!
Ахейские мужи во тьме снаряжают коня,
Зубчатыми пилами в стены вгрызаются крепко;
Никак не уляжется крови сухая возня,
И нет для тебя ни названья, ни звука, ни слепка.
Как мог я подумать, что ты возвратишься, как смел?
Зачем преждевременно я от тебя оторвался?
Еще не рассеялся мрак и петух не пропел,
Еще в древесину горячий топор не врезался.
Прозрачной слезой на стенах проступила смола,
И чувствует город свои деревянные ребра,
Но хлынула к лестницам кровь и на приступ пошла,
И трижды приснился мужам соблазнительный образ.
Где милая Троя? Где царский, где девичий дом?
Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник.
И падают стрелы сухим деревянным дождем,
И стрелы другие растут на земле, как орешник.
Последней звезды безболезненно гаснет укол,
И серою ласточкой утро в окно постучится,
И медленный день, как в соломе проснувшийся вол,
На стогнах, шершавых от долгого сна, шевелится.
Ноябрь 1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
