на стороне…
где ветер
громко хлопают ставни
и на высоком фальцете
слова застревают в гортани
трусливо хочется мимо
теней
в узком просвете
улыбка клоуна-мима
страшнее всего на свете...
на стороне…
где море
рвётся парус от шторма
волны гремучей сворой
по острым краям изломов
кожу срывают канаты
снасти натянуты болью
на стороне
где вжаты
души морскою солью
на стороне…
где небыль
плавятся горизонты
и горы уходят в небо
раскраивая высоты
слово туда стремится
где воздух свободен от фальши
туда где перо жар-птицы
и дальше…
и дальше…
и дальше
на стороне…
где ночи
растерзанны мысли-думы
солью слеза кровоточит
на рваные в клочья струны
дай силы
великий Боже
не пошатнуться в вере
каждое семя – всхоже
я знаю..
я просто верю…
Над желтизной правительственных зданий
Кружилась долго мутная метель,
И правовед опять садится в сани,
Широким жестом запахнув шинель.
Зимуют пароходы. На припеке
Зажглось каюты толстое стекло.
Чудовищна, как броненосец в доке, —
Россия отдыхает тяжело.
А над Невой — посольства полумира,
Адмиралтейство, солнце, тишина!
И государства жесткая порфира,
Как власяница грубая, бедна.
Тяжка обуза северного сноба —
Онегина старинная тоска;
На площади Сената — вал сугроба,
Дымок костра и холодок штыка...
Черпали воду ялики, и чайки
Морские посещали склад пеньки,
Где, продавая сбитень или сайки,
Лишь оперные бродят мужики.
Летит в туман моторов вереница;
Самолюбивый, скромный пешеход —
Чудак Евгений — бедности стыдится,
Бензин вдыхает и судьбу клянет!
Январь 1913, 1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
