на стороне…
где ветер
громко хлопают ставни
и на высоком фальцете
слова застревают в гортани
трусливо хочется мимо
теней
в узком просвете
улыбка клоуна-мима
страшнее всего на свете...
на стороне…
где море
рвётся парус от шторма
волны гремучей сворой
по острым краям изломов
кожу срывают канаты
снасти натянуты болью
на стороне
где вжаты
души морскою солью
на стороне…
где небыль
плавятся горизонты
и горы уходят в небо
раскраивая высоты
слово туда стремится
где воздух свободен от фальши
туда где перо жар-птицы
и дальше…
и дальше…
и дальше
на стороне…
где ночи
растерзанны мысли-думы
солью слеза кровоточит
на рваные в клочья струны
дай силы
великий Боже
не пошатнуться в вере
каждое семя – всхоже
я знаю..
я просто верю…
О, знал бы я, что так бывает,
Когда пускался на дебют,
Что строчки с кровью - убивают,
Нахлынут горлом и убьют!
От шуток с этой подоплекой
Я б отказался наотрез.
Начало было так далеко,
Так робок первый интерес.
Но старость - это Рим, который
Взамен турусов и колес
Не читки требует с актера,
А полной гибели всерьез.
Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
1932
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
