пью водку, в окно кто-то фарами.
Смотрю фотографии старые.
И локти и ногти,рыдая ,грызу.
Ни грамма не стыдно за эту слезу.
Они еще те, черные-белые.
Не ловким фотографом сделаны.
Там дед моложавый и в кепке смешной,
Бабуля в платочке с колхозной мошной,
Отец, седовласый и гордый ,
И чья-то смешливая морда.
И мама. Неловкая. В сильных очках.
И я у кого-то из них на руках.
Смотрю фотографии старые.
Под времени мощными фарами.
И нет у меня кроме них ничего.
Простите потомка за все своего.
За то, что не знал все про старость.
И взрослых не чуя усталость,
за то, что тогда все я греб под себя.
Простите, родные, простите.
Простите , простите, любя....
Жизнь меня к похоронам
Приучила понемногу.
Соблюдаем, слава богу,
Очередность по годам.
Но ровесница моя,
Спутница моя былая,
Отошла, не соблюдая
Зыбких правил бытия.
Несколько никчемных роз
Я принес на отпеванье,
Ложное воспоминанье
Вместе с розами принес.
Будто мы невесть куда
Едем с нею на трамвае,
И нисходит дождевая
Радуга на провода.
И при желтых фонарях
В семицветном оперенье
Слезы счастья на мгновенье
Загорятся на глазах,
И щека еще влажна,
И рука еще прохладна,
И она еще так жадно
В жизнь и счастье влюблена.
В морге млечный свет лежит
На серебряном глазете,
И, за эту смерть в ответе,
Совесть плачет и дрожит,
Тщетно силясь хоть чуть-чуть
Сдвинуть маску восковую
И огласку роковую
Жгучей солью захлестнуть.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
