На полу под столом пузырёк «Корвалола».
Лунный блик, перечёркнутый сумрачным словом
Ни к чему, невпопад, не к месту, не вслух.
Подсчитав всех, кружащих по комнате, мух,
Ты разобран на сотни сегментов, в распаде,
Прежний карточный замысел меркнет во взгляде.
Быть везде и нигде, заживляя причины,
Через время просеянной меры песчинок.
Воспаление, сепсис запретных желаний
Бередит, не давая возможности ране
Затянуться, унять этой боли симптомы –
Быть отныне и впредь неродным, незнакомым.
Небо с немочью зубною
Спит в рентгеновском луче.
Ходит смерть моя за мною
С бормашиной на плече.
Боль проложена повсюду,
Не унять ее, паскуду,
Даже током УВЧ.
Ночь у лавочки табачной
Темной болью проливной.
Кроме жизни неудачной,
Нет надежды под луной.
Свет неоновый по коже –
Нынче в жизни непогоже,
В горле горькая вода.
Я друзей моих, похоже,
Не увижу никогда.
Есть у смертного обуза
В виде спелого арбуза
Под картузным козырьком,
С неподвижным языком.
И лицо его былое
На живых глядит в поту,
Словно сердце нежилое
Отражается во рту.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
