Благозвучно, благополучно, всё привычно, прилично с виду,
Изнутри зияющей пустошью, не залатанной, рваной дырой,
Отгрохочет порожней тарой да несмазанным, ржавым скрипом,
Сквозняками задует в щели, защемит так хоть волком вой.
Как в игре Монтессори к рамке не подходит по форме вкладыш,
И фрагменты узора в пазлах совпадать не хотят никак,
Журавля отпускать жалко, променяв на синичью праздность,
Над вершиной туманных истин гордо вывешен белый флаг.
И за каждый свой шаг – стыдно,
И за каждый свой день – больно,
И за каждую ночь – страшно,
И за каждый просчёт – в долгу.
Всё, что тайное, явью скрыто,
В эпицентре всегда спокойно,
Ни к чему ещё оставаться,
Никуда уже не сбегу.
Я на крыше паровоза ехал в город Уфалей
и обеими руками обнимал моих друзей —
Водяного с Черепахой, щуря детские глаза.
Над ушами и носами пролетали небеса.
Можно лечь на синий воздух и почти что полететь,
на бескрайние просторы влажным взором посмотреть:
лес налево, луг направо, лесовозы, трактора.
Вот бродяги-работяги поправляются с утра.
Вот с корзинами маячат бабки, дети — грибники.
Моют хмурые ребята мотоциклы у реки.
Можно лечь на теплый ветер и подумать-полежать:
может, правда нам отсюда никуда не уезжать?
А иначе даром, что ли, желторотый дуралей —
я на крыше паровоза ехал в город Уфалей!
И на каждом на вагоне, волей вольною пьяна,
«Приму» ехала курила вся свердловская шпана.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
